СИМВОЛ

СИМВОЛ — см. Кассирер Э., Психология искусства, Флоренский П. А.



Смотреть больше слов в «Большом психологическом словаре»

СИМВОЛИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ →← СИГНАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ

Смотреть что такое СИМВОЛ в других словарях:

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч. symbolon — знак, опознавательная примета) — идея, образ или объект, имеющий собственное содержание и одновременно представляющий в... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ         (от греч. — знак, примета)         1) в искусственных формализованных языках — понятие, тождественное знаку; 2) в эстетике и философ... смотреть

СИМВОЛ

Понятие символа строго отличается в моем понимании от понятия простого знака. Символическое и семиотическое значение - две вещи совершенно разные. Ферреро /120/ пишет в своей книге, строго говоря, не о символах, а о знаках. Например, старый обычай передавать кусок дерна при продаже земли можно было бы, вульгарно говоря, назвать "символическим", но, по своей сущности, он вполне семиотичен. Кусок дерна есть знак, взятый вместо всего участка земли. Крылатое колесо у железнодорожного служащего не есть символ железной дороги, а знак, указывающий на причастность к железнодорожной службе. Напротив, символ всегда предполагает, что выбранное выражение является наилучшим обозначением или формулою для сравнительно неизвестного фактического обстояния, наличность которого, однако, признается или требуется. Итак, если крылатое колесо железнодорожника толкуется как символ, то это означает, что этот человек имеет дело с неизвестной сущностью, которую нельзя было бы выразить иначе или лучше, чем в виде крылатого колеса. Всякое понимание, которое истолковывает символическое выражение, в смысле аналогии или сокращенного обозначения для какого-нибудь знакомого предмета, имеет семиотическую природу. Напротив, такое понимание, которое истолковывает символическое выражение как наилучшую и потому ясную и характерную ныне непередаваемую формулу сравнительно неизвестного предмета, имеет символическую природу. Понимание же, которое истолковывает символическое выражение как намеренное описание или иносказание какого-нибудь знакомого предмета, имеет аллегорическую природу. Объяснение креста как символа божественной любви есть объяснение семиотическое, потому что "божественная любовь" обозначает выражаемое обстояние точнее и лучше, чем это делает крест, который может иметь еще много других значений. Напротив, символическим будет такое объяснение креста, которое рассматривает его, помимо всяких других мыслимых объяснений, как выражение некоторого, еще незнакомого и непонятного, мистического или трансцендентного, то есть прежде всего психологического, обстояния, которое, безусловно, точнее выражается в виде креста. Пока символ сохраняет жизненность, он является выражением предмета, который иначе не может быть лучше обозначен. Символ сохраняет жизненность только до тех пор, пока он чреват значением. Но как только его смысл родился из него, то есть как только найдено выражение, формулирующее искомый, ожидаемый или чаемый предмет еще лучше, чем это делал прежний символ, так символ мертв, то есть он имеет еще только историческое значение. Поэтому о нем все еще можно говорить как о символе, допуская про себя, что в нем имеется в виду то, что было, когда он еще не породил из себя своего лучшего выражения. Тот способ рассмотрения, с которым Павел и более древнее мистическое умозрение подходят к символу креста, показывает, что он был для них живым символом, который изображал неизреченное, и притом непревзойденным образом. Для всякого эзотерического объяснения символ мертв, потому что эзотерия сводит его к лучшему (очень часто мнимо лучшему) выражению, вследствие чего он является уже просто условным знаком для таких связей, которые на других путях уже известны и полнее и лучше. Символ остается жизненным всегда только для экзотерической точки зрения. Выражение, поставленное на место какого-нибудь известного предмета, остается всегда простым знаком и никогда не является символом. Поэтому совершенно невозможно создать живой, то есть чреватый значением, символ из знакомых сочетаний. Ибо созданное на этом пути никогда не содержит больше того, чем сколько в него было вложено. Каждый психический продукт, поскольку он является в данный момент наилучшим выражением для еще неизвестного или сравнительно известного факта, может быть воспринят как символ, поскольку есть склонность принять, что это выражение стремится обозначить и то, что мы лишь предчувствуем, но чего мы ясно еще не знаем. Поскольку всякая научная теория заключает в себе гипотезу, то есть предвосхищающее обозначение, по существу, еще неизвестного обстоятельства, она является символом. Далее, каждое психологическое явление есть символ при допущении, что оно говорит или означает нечто большее и другое, такое, что ускользает от современного познания. Такое возможно, безусловно, всюду, где имеется сознание с установкою на иное возможное значение вещей. Оно невозможно только там, и то лишь для этого самого сознания, где последнее само создало выражение, долженствующее высказать именно столько, сколько входило в намерение создающего сознания; таково, например, математическое выражение. Но для другого сознания такое ограничение отнюдь не существует. Оно может воспринять и математическое выражение как символ, например для выражения скрытого в самом творческом намерении неизвестного психического обстоятельства, поскольку это обстоятельство подлинно не было известно самому творцу семиотического выражения и поэтому не могло быть сознательно использовано им. Что есть символ, что нет - это зависит прежде всего от установки рассматривающего сознания, например рассудка, который рассматривает данное обстоятельство не просто как таковое, но, сверх того, и как выражение чего-то неизвестного. Поэтому весьма возможно, что кто-нибудь создает такое обстоятельство, которое для его воззрения совсем не представляется символическим, но может представиться таковым сознанию другого человека. Точно так же возможно и обратное. Мы знаем и такие продукты, символический характер которых зависит не только от установки созерцающего их сознания, но обнаруживается сам по себе в символическом воздействии на созерцающего. Таковы продукты, составленные так, что они должны были бы утратить всякий смысл, если бы им не был присущ символический смысл. Треугольник с включенным в него оком является в качестве простого факта такой нелепостью, что созерцающий решительно не может воспринять его как случайную игру. Такой образ непосредственно навязывает нам символическое понимание. Это воздействие подкрепляется в нас или частым и тождественным повторением того же самого образа, или же особенно тщательным выполнением его, которое и является выражением особенной, вложенной в него ценности. Символы, не действующие сами из себя, как было только что описано, или мертвы, то есть превзойдены лучшей формулировкой, или же являются продуктами, символическая природа которых зависит исключительно от установки созерцающего их сознания. Эту установку, воспринимающую данное явление как символическое, мы можем назвать сокращенно символической установкой. Она лишь отчасти оправдывается данным положением вещей, с другой же стороны, она вытекает из определенного мировоззрения, приписывающего всему совершающемуся - как великому, так и малому - известный смысл и придающего этому смыслу известную большую ценность, чем чистой фактичности. Этому воззрению противостоит другое, придающее всегда главное значение чистым фактам и подчиняющее фактам смысл. Для этой последней установки символ отсутствует всюду, где символика покоится исключительно на способе рассмотрения. Зато и для нее есть символы, а именно такие, которые заставляют наблюдателя предполагать некий скрытый смысл. Идол с головою быка может быть, конечно, объяснен как туловище человека с бычьей головой. Однако такое объяснение вряд ли может быть поставлено на одну доску с символическим объяснением, ибо символ является здесь слишком навязчивым для того, чтобы его можно было обойти. Символ, навязчиво выставляющий свою символическую природу, не должен быть непременно жизненным символом. Он может, например, действовать только на исторический или философский рассудок. Он пробуждает интеллектуальный или эстетический интерес. Жизненным же символ называется только тогда, когда он и для зрителя является наилучшим и наивысшим выражением чего-то лишь предугаданного, но еще непознанного. При таких обстоятельствах он вызывает в нас бессознательное участие. Действие его творит жизнь и споспешествует ей. Так, Фауст говорит: "Совсем иначе этот знак влияет на меня". Жизненный символ формулирует некий существенный, бессознательный фрагмент, и чем более распространен этот фрагмент, тем шире и воздействие символа, ибо он затрагивает в каждом родственную струну. Так как символ, с одной стороны, есть наилучшее и, для данной эпохи, непревзойденное выражение для чего-то еще неизвестного, то он должен возникать из самого дифференцированного и самого сложного явления в духовной атмосфере данного времени. Но так как, с другой стороны, живой символ должен заключать в себе то, что родственно более широкой группе людей, для того, чтобы он вообще мог воздействовать на нее, - то он должен и схватывать именно то, что обще более широкой группе людей. Таковым никогда не может быть самое высокодифференцированное, предельно достижимое, ибо последнее доступно и понятно лишь меньшинству; напротив, оно должно быть столь примитивно, чтобы его вездесущее не подлежало никакому сомнению. Лишь тогда, когда символ схватывает это и доводит до возможно совершенного выражения, он приобретает всеобщее действие. В этом и заключается мощное и вместе с тем спасительное действие живого социального символа. Все, что я сказал сейчас о социальном символе, относится и к индивидуальному символу. Существуют индивидуальные психические продукты, явно имеющие символический характер и непосредственно принуждающие нас к символическому восприятию. Для индивида они имеют сходное функциональное значение, какое социальный символ имеет для обширной группы людей. Однако происхождение этих продуктов никогда не бывает исключительно сознательное или исключительно бессознательное - они возникают из равномерного содействия обоих. Чисто сознательные, так же как и исключительно бессознательные продукты, не являются per se символически убедительными - признание за ними характера символа остается делом символической установки созерцающего сознания. Однако они настолько же могут восприниматься и как чисто каузально обусловленные факты, например в том смысле, как красная сыпь скарлатины может считаться "символом этой болезни". Впрочем, в таких случаях правильно говорят о "симптоме", а не о символе. Поэтому я думаю, что Фрейд, со своей точки зрения, совершенно верно говорит о симптоматических, а не о символических действиях (Symptomhandlungen) /121/, ибо для него эти явления не символичны в установленном мною смысле, а являются симптоматическими знаками определенного и общеизвестного, основного процесса. Правда, бывают невротики, считающие свои бессознательные продукты, которые суть прежде всего и главным образом болезненные симптомы, за в высшей степени значительные символы. Но в общем, это обстоит не так. Напротив, современный невротик слишком склонен воспринимать и значительное как простой "симптом". Тот факт, что о смысле и бессмыслице вещей существуют два различных, противоречащих друг другу, но одинаково горячо защищаемых обеими сторонами мнения, научает нас тому, что, очевидно, существуют явления, которые не выражают никакого особенного смысла, которые суть простые последствия, симптомы, и ничего более, - и другие явления, которые несут в себе сокровенный смысл, которые не просто имеют известное происхождение, но скорее хотят стать чем-то и которые поэтому суть символы. Нашему такту и нашей критической способности предоставлено решать, где мы имеем дело с симптомами, а где с символами. Символ есть всегда образование, имеющее в высшей степени сложную природу, ибо он составляется из данных, поставляемых всеми психическими функциями. Вследствие этого природа его ни рациональна, ни иррациональна. Правда, одна сторона его приближается к разуму, но другая его сторона не доступна разуму, потому что символ слагается не только из данных, имеющих рациональную природу, но и из иррациональных данных чистого внутреннего и внешнего восприятия. Богатство предчувствием и чреватость значением, присущие символу, одинаково говорят как мышлению, так и чувству, а его особливая образность, принявши чувственную форму, возбуждает как ощущение, так и интуицию. Жизненный символ не может сложиться в тупом и малоразвитом духе, ибо такой дух удовлетворится уже существующим символом, предоставленным ему традицией. Только томление высокоразвитого духа, для которого существующий символ уже не передает высшего единства в одном выражении, может создать новый символ. Но так как символ возникает именно из его высшего и последнего творческого достижения и вместе с тем должен включать в себя глубочайшие основы его индивидуального существа, то он не может возникнуть односторонне из наивысше дифференцированных функций, а должен исходить в равной мере из низших и примитивнейших побуждений. Для того чтобы такое содействие самых противоположных состояний вообще стало возможным, оба этих состояния, во всей их противоположности, должны сознательно стоять друг возле друга. Это состояние должно быть самым резким раздвоением с самим собой, и притом в такой степени, чтобы тезис и антитезис взаимно отрицали друг друга, а эго все-таки утверждало бы свою безусловную причастность и к тезису, и к антитезису. Если же обнаруживается ослабление одной стороны, то символ оказывается преимущественно продуктом одной стороны и тогда, в меру этого, он становится не столько символом, сколько симптомом, притом именно симптомом подавленного антитезиса. Но в той мере, в какой символ есть просто симптом, он теряет свою освобождающую силу, ибо он уже не выражает права на существование всех частей психики, а напоминает о подавлении антитезиса, даже тогда, когда сознание не отдает себе отчета в этом. Если же имеется налицо полное равенство и равноправие противоположностей, засвидетельствованное безусловной причастностью эго и к тезису, и к антитезису, то вследствие этого создается некоторая приостановка воления, ибо невозможно больше хотеть, потому что каждый мотив имеет наряду с собою столь же сильный противоположный мотив. Так как жизнь совершенно не выносит застоя, то возникает скопление жизненной энергии, которое привело бы к невыносимому состоянию, если бы из напряженности противоположностей не возникла новая объединяющая функция, выводящая за пределы противоположностей. Но она возникает естественно из той регрессии либидо, которая вызвана ее скоплением. Так как вследствие полного раздвоения воли прогресс становится невозможным, то либидо устремляется назад, поток как бы течет обратно к своему источнику, то есть при застое и бездейственности сознания возникает активность бессознательного, где все дифференцированные функции имеют свой общий архаический корень, где живет та смешанность содержаний, многочисленные остатки которой еще обнаруживает первобытная ментальность. И вот активность бессознательного выявляет наружу некое содержание, установленное одинаково - как тезисом, так и антитезисом - и компенсирующее как тот, так и другой (см. компенсация). Так как это содержание имеет отношение как к тезису, так и к антитезису, то оно образует посредствующую основу, на которой противоположности могут соединиться. Если мы возьмем, например, противоположность между чувственностью и духовностью, то среднее содержание, рожденное из бессознательного, дает благодаря богатству своих духовных отношений желанное выражение духовному тезису, а в силу своей чувственной наглядности оно ухватывает чувственный антитезис. Но эго, расщепленное между тезисом и антитезисом, находит свое отображение, свое единое и настоящее выражение именно в посредствующей основе, и оно жадно ухватится за него, чтобы освободиться от своей расщепленности. Поэтому напряженность противоположностей устремляется в это посредствующее выражение и защищает его от той борьбы противоположностей, которая вскоре начинается из-за него и в нем, причем обе противоположности пытаются разрешить новое выражение, каждая в своем смысле. Духовность пытается создать нечто духовное из выражения, выдвинутого бессознательным, чувство же - нечто чувственное; первая стремится создать из него науку или искусство, вторая - чувственное переживание. Разрешение бессознательного продукта в то или другое удается тогда, когда эго оказывается не вполне расщепленным, а стоит более на одной стороне, чем на другой. Если одной из сторон удается разрешить бессознательный продукт, то не только этот продукт, но и эго переходит к ней, вследствие чего возникает идентификация эго с наиболее дифференцированной функцией (см. подчиненная функция). Вследствие этого процесс расщепления повторится впоследствии на высшей ступени. Если же эго настолько устойчиво, что ни тезису, ни антитезису не удается разрешить бессознательный продукт, то это подтверждает, что бессознательное выражение стоит выше как той, так и другой стороны. Устойчивость эго и превосходство посредствующего выражения над тезисом и антитезисом представляются мне коррелятами, взаимно друг друга обусловливающими. Иногда кажется, как будто устойчивость прирожденной индивидуальности является решающим моментом, а иногда - будто бессознательное выражение имеет преобладающую силу, от которой эго и получает безусловную устойчивость. В действительности же может быть и так, что устойчивость и определенность индивидуальности, с одной стороны, и превосходство силы бессознательного выражения, с другой, - суть не что иное, как признаки одного и того же фактического постоянства. Если бессознательное выражение до такой степени сохраняется, то оно является сырым материалом, подлежащим не разрешению, а формированию и представляющим собой общий предмет для тезиса и антитезиса. Вследствие этого такое бессознательное выражение становится новым содержанием, овладевающим всей установкой, уничтожающим расщепление и властно направляющим силу противоположностей в одно общее русло. Этим застой жизни устраняется, и жизнь получает возможность течь далее с новой силой и новыми целями. Этот описанный только что процесс в его целом я назвал трансцендентной функцией, причем под "функцией" я разумею не основную функцию, а сложную, составленную из других функций, а термином "трансцендентный" я обозначаю не какое-нибудь метафизическое качество, а тот факт, что при помощи этой функции создается переход из одной установки в другую. Сырой материал, обработанный тезисом и антитезисом и соединяющий в процессе своего формирования обе противоположности, есть жизненный символ. В его надолго неразрешимом, сыром материале заложено все присущее ему богатство предчувствиями, а в том образе, который принял его сырой материал под воздействием противоположностей, заложено влияние символа на все психические функции. Намеки на основы процесса, образующего символ, мы находим в скудных сообщениях о подготовительных периодах жизни у основателей религий, например в противоположениях Иисуса и Сатаны, Будды и Мары, Лютера и черта, в истории первого светского периода жизни Цвингли, у Гете в возрождении Фауста через союз с чертом. В конце "Заратустры" мы находим замечательный пример подавления антитезиса в образе "безобразнейшего человека". ... смотреть

СИМВОЛ

. Понятие символа строго отличается в моем понимании от понятия простого знака. Символическое и семиотическое значение две вещи совершенно разные. Ферреро /120/ пишет в своей книге, строго говоря, не о символах, а о знаках. Например, старый обычай передавать кусок дерна при продаже земли можно было бы, вульгарно говоря, назвать "символическим", но, по своей сущности, он вполне семиотичен. Кусок дерна есть знак, взятый вместо всего участка земли. Крылатое колесо у железнодорожного служащего не есть символ железной дороги, а знак, указывающий на причастность к железнодорожной службе. Напротив, символ всегда предполагает, что выбранное выражение является наилучшим обозначением или формулою для сравнительно неизвестного фактического обстояния, наличность которого, однако, признается или требуется. Итак, если крылатое колесо железнодорожника толкуется как символ, то это означает, что этот человек имеет дело с неизвестной сущностью, которую нельзя было бы выразить иначе или лучше, чем в виде крылатого колеса. Всякое понимание, которое истолковывает символическое выражение, в смысле аналогии или сокращенного обозначения для какого-нибудь знакомого предмета, имеет семиотическую природу. Напротив, такое понимание, которое истолковывает символическое выражение как наилучшую и потому ясную и характерную ныне непередаваемую формулу сравнительно неизвестного предмета, имеет символическую природу. Понимание же, которое истолковывает символическое выражение как намеренное описание или иносказание какого-нибудь знакомого предмета, имеет аллегорическую природу. Объяснение креста как символа божественной любви есть объяснение семиотическое, потому что "божественная любовь" обозначает выражаемое обстояние точнее и лучше, чем это делает крест, который может иметь еще много других значений. Напротив, символическим будет такое объяснение креста, которое рассматривает его, помимо всяких других мыслимых объяснений, как выражение некоторого, еще незнакомого и непонятного, мистического или трансцендентного, то есть прежде всего психологического, обстояния, которое, безусловно, точнее выражается в виде креста. Пока символ сохраняет жизненность, он является выражением предмета, который иначе не может быть лучше обозначен. Символ сохраняет жизненность только до тех пор, пока он чреват значением. Но как только его смысл родился из него, то есть как только найдено выражение, формулирующее искомый, ожидаемый или чаемый предмет еще лучше, чем это делал прежний символ, так символ мертв, то есть он имеет еще только историческое значение. Поэтому о нем все еще можно говорить как о символе, допуская про себя, что в нем имеется в виду то, что было, когда он еще не породил из себя своего лучшего выражения. Тот способ рассмотрения, с которым Павел и более древнее мистическое умозрение подходят к символу креста, показывает, что он был для них живым символом, который изображал неизреченное, и притом непревзойденным образом. Для всякого эзотерического объяснения символ мертв, потому что эзотерия сводит его к лучшему (очень часто мнимо лучшему) выражению, вследствие чего он является уже просто условным знаком для таких связей, которые на других путях уже известны и полнее и лучше. Символ остается жизненным всегда только для экзотерической точки зрения. Выражение, поставленное на место какого-нибудь известного предмета, остается всегда простым знаком и никогда не является символом. Поэтому совершенно невозможно создать живой, то есть чреватый значением, символ из знакомых сочетаний. Ибо созданное на этом пути никогда не содержит больше того, чем сколько в него было вложено. Каждый психический продукт, поскольку он является в данный момент наилучшим выражением для еще неизвестного или сравнительно известного факта, может быть воспринят как символ, поскольку есть склонность принять, что это выражение стремится обозначить и то, что мы лишь предчувствуем, но чего мы ясно еще не знаем. Поскольку всякая научная теория заключает в себе гипотезу, то есть предвосхищающее обозначение, по существу, еще неизвестного обстоятельства, она является символом. Далее, каждое психологическое явление есть символ при допущении, что оно говорит или означает нечто большее и другое, такое, что ускользает от современного познания. Такое возможно, безусловно, всюду, где имеется сознание с установкою на иное возможное значение вещей. Оно невозможно только там, и то лишь для этого самого сознания, где последнее само создало выражение, долженствующее высказать именно столько, сколько входило в намерение создающего сознания; таково, например, математическое выражение. Но для другого сознания такое ограничение отнюдь не существует. Оно может воспринять и математическое выражение как символ, например для выражения скрытого в самом творческом намерении неизвестного психического обстоятельства, поскольку это обстоятельство подлинно не было известно самому творцу семиотического выражения и поэтому не могло быть сознательно использовано им. Что есть символ, что нет это зависит прежде всего от установки (см.) рассматривающего сознания, например рассудка, который рассматривает данное обстоятельство не просто как таковое, но, сверх того, и как выражение чего-то неизвестного. Поэтому весьма возможно, что кто-нибудь создает такое обстоятельство, которое для его воззрения совсем не представляется символическим, но может представиться таковым сознанию другого человека. Точно так же возможно и обратное. Мы знаем и такие продукты, символический характер которых зависит не только от установки созерцающего их сознания, но обнаруживается сам по себе в символическом воздействии на созерцающего. Таковы продукты, составленные так, что они должны были бы утратить всякий смысл, если бы им не был присущ символический смысл. Треугольник с включенным в него оком является в качестве простого факта такой нелепостью, что созерцающий решительно не может воспринять его как случайную игру. Такой образ непосредственно навязывает нам символическое понимание. Это воздействие подкрепляется в нас или частым и тождественным повторением того же самого образа, или же особенно тщательным выполнением его, которое и является выражением особенной, вложенной в него ценности. Символы, не действующие сами из себя, как было только что описано, или мертвы, то есть превзойдены лучшей формулировкой, или же являются продуктами, символическая природа которых зависит исключительно от установки созерцающего их сознания. Эту установку, воспринимающую данное явление как символическое, мы можем назвать сокращенно символической установкой. Она лишь отчасти оправдывается данным положением вещей, с другой же стороны, она вытекает из определенного мировоззрения, приписывающего всему совершающемуся как великому, так и малому известный смысл и придающего этому смыслу известную большую ценность, чем чистой фактичности. Этому воззрению противостоит другое, придающее всегда главное значение чистым фактам и подчиняющее фактам смысл. Для этой последней установки символ отсутствует всюду, где символика покоится исключительно на способе рассмотрения. Зато и для нее есть символы, а именно такие, которые заставляют наблюдателя предполагать некий скрытый смысл. Идол с головою быка может быть, конечно, объяснен как туловище человека с бычьей головой. Однако такое объяснение вряд ли может быть поставлено на одну доску с символическим объяснением, ибо символ является здесь слишком навязчивым для того, чтобы его можно было обойти. Символ, навязчиво выставляющий свою символическую природу, не должен быть непременно жизненным символом. Он может, например, действовать только на исторический или философский рассудок. Он пробуждает интеллектуальный или эстетический интерес. Жизненным же символ называется только тогда, когда он и для зрителя является наилучшим и наивысшим выражением чего-то лишь предугаданного, но еще непознанного. При таких обстоятельствах он вызывает в нас бессознательное участие. Действие его творит жизнь и споспешествует ей. Так, Фауст говорит: "Совсем иначе этот знак влияет на меня". Жизненный символ формулирует некий существенный, бессознательный фрагмент, и чем более распространен этот фрагмент, тем шире и воздействие символа, ибо он затрагивает в каждом родственную струну. Так как символ, с одной стороны, есть наилучшее и, для данной эпохи, непревзойденное выражение для чего-то еще неизвестного, то он должен возникать из самого дифференцированного и самого сложного явления в духовной атмосфере данного времени. Но так как, с другой стороны, живой символ должен заключать в себе то, что родственно более широкой группе людей, для того, чтобы он вообще мог воздействовать на нее, то он должен и схватывать именно то, что обще более широкой группе людей. Таковым никогда не может быть самое высокодифференцированное, предельно достижимое, ибо последнее доступно и понятно лишь меньшинству; напротив, оно должно быть столь примитивно, чтобы его вездесущее не подлежало никакому сомнению. Лишь тогда, когда символ схватывает это и доводит до возможно совершенного выражения, он приобретает всеобщее действие. В этом и заключается мощное и вместе с тем спасительное действие живого социального символа. Все, что я сказал сейчас о социальном символе, относится и к индивидуальному символу. Существуют индивидуальные психические продукты, явно имеющие символический характер и непосредственно принуждающие нас к символическому восприятию. Для индивида они имеют сходное функциональное значение, какое социальный символ имеет для обширной группы людей. Однако происхождение этих продуктов никогда не бывает исключительно сознательное или исключительно бессознательное они возникают из равномерного содействия обоих. Чисто сознательные, так же как и исключительно бессознательные продукты, не являются per se символически убедительными признание за ними характера символа остается делом символической установки созерцающего сознания. Однако они настолько же могут восприниматься и как чисто каузально обусловленные факты, например в том смысле, как красная сыпь скарлатины может считаться "символом этой болезни". Впрочем, в таких случаях правильно говорят о "симптоме", а не о символе. Поэтому я думаю, что Фрейд, со своей точки зрения, совершенно верно говорит о симптоматических, а не о символических действиях (Symptomhandlungen) /121/, ибо для него эти явления не символичны в установленном мною смысле, а являются симптоматическими знаками определенного и общеизвестного, основного процесса. Правда, бывают невротики, считающие свои бессознательные продукты, которые суть прежде всего и главным образом болезненные симптомы, за в высшей степени значительные символы. Но в общем, это обстоит не так. Напротив, современный невротик слишком склонен воспринимать и значительное как простой "симптом". Тот факт, что о смысле и бессмыслице вещей существуют два различных, противоречащих друг другу, но одинаково горячо защищаемых обеими сторонами мнения, научает нас тому, что, очевидно, существуют явления, которые не выражают никакого особенного смысла, которые суть простые последствия, симптомы, и ничего более, и другие явления, которые несут в себе сокровенный смысл, которые не просто имеют известное происхождение, но скорее хотят стать чем-то и которые поэтому суть символы. Нашему такту и нашей критической способности предоставлено решать, где мы имеем дело с симптомами, а где с символами. Символ есть всегда образование, имеющее в высшей степени сложную природу, ибо он составляется из данных, поставляемых всеми психическими функциями. Вследствие этого природа его ни рациональна, ни иррациональна. Правда, одна сторона его приближается к разуму, но другая его сторона не доступна разуму, потому что символ слагается не только из данных, имеющих рациональную природу, но и из иррациональных данных чистого внутреннего и внешнего восприятия. Богатство предчувствием и чреватость значением, присущие символу, одинаково говорят как мышлению, так и чувству, а его особливая образность, принявши чувственную форму, возбуждает как ощущение, так и интуицию. Жизненный символ не может сложиться в тупом и малоразвитом духе, ибо такой дух удовлетворится уже существующим символом, предоставленным ему традицией. Только томление высокоразвитого духа, для которого существующий символ уже не передает высшего единства в одном выражении, может создать новый символ. Но так как символ возникает именно из его высшего и последнего творческого достижения и вместе с тем должен включать в себя глубочайшие основы его индивидуального существа, то он не может возникнуть односторонне из наивысше дифференцированных функций, а должен исходить в равной мере из низших и примитивнейших побуждений. Для того чтобы такое содействие самых противоположных состояний вообще стало возможным, оба этих состояния, во всей их противоположности, должны сознательно стоять друг возле друга. Это состояние должно быть самым резким раздвоением с самим собой, и притом в такой степени, чтобы тезис и антитезис взаимно отрицали друг друга, а эго все-таки утверждало бы свою безусловную причастность и к тезису, и к антитезису. Если же обнаруживается ослабление одной стороны, то символ оказывается преимущественно продуктом одной стороны и тогда, в меру этого, он становится не столько символом, сколько симптомом, притом именно симптомом подавленного антитезиса. Но в той мере, в какой символ есть просто симптом, он теряет свою освобождающую силу, ибо он уже не выражает права на существование всех частей психики, а напоминает о подавлении антитезиса, даже тогда, когда сознание не отдает себе отчета в этом. Если же имеется налицо полное равенство и равноправие противоположностей, засвидетельствованное безусловной причастностью эго и к тезису, и к антитезису, то вследствие этого создается некоторая приостановка воления, ибо невозможно больше хотеть, потому что каждый мотив имеет наряду с собою столь же сильный противоположный мотив. Так как жизнь совершенно не выносит застоя, то возникает скопление жизненной энергии, которое привело бы к невыносимому состоянию, если бы из напряженности противоположностей не возникла новая объединяющая функция, выводящая за пределы противоположностей. Но она возникает естественно из той регрессии либидо, которая вызвана ее скоплением. Так как вследствие полного раздвоения воли прогресс становится невозможным, то либидо устремляется назад, поток как бы течет обратно к своему источнику, то есть при застое и бездейственности сознания возникает активность бессознательного, где все дифференцированные функции имеют свой общий архаический корень, где живет та смешанность содержаний, многочисленные остатки которой еще обнаруживает первобытная ментальность. И вот активность бессознательного выявляет наружу некое содержание, установленное одинаково как тезисом, так и антитезисом и компенсирующее как тот, так и другой (см. компенсация). Так как это содержание имеет отношение как к тезису, так и к антитезису, то оно образует посредствующую основу, на которой противоположности могут соединиться. Если мы возьмем, например, противоположность между чувственностью и духовностью, то среднее содержание, рожденное из бессознательного, дает благодаря богатству своих духовных отношений желанное выражение духовному тезису, а в силу своей чувственной наглядности оно ухватывает чувственный антитезис. Но эго, расщепленное между тезисом и антитезисом, находит свое отображение, свое единое и настоящее выражение именно в посредствующей основе, и оно жадно ухватится за него, чтобы освободиться от своей расщепленности. Поэтому напряженность противоположностей устремляется в это посредствующее выражение и защищает его от той борьбы противоположностей, которая вскоре начинается из-за него и в нем, причем обе противоположности пытаются разрешить новое выражение, каждая в своем смысле. Духовность пытается создать нечто духовное из выражения, выдвинутого бессознательным, чувство же нечто чувственное; первая стремится создать из него науку или искусство, вторая чувственное переживание. Разрешение бессознательного продукта в то или другое удается тогда, когда эго оказывается не вполне расщепленным, а стоит более на одной стороне, чем на другой. Если одной из сторон удается разрешить бессознательный продукт, то не только этот продукт, но и эго переходит к ней, вследствие чего возникает идентификация эго с наиболее дифференцированной функцией (см. подчиненная функция). Вследствие этого процесс расщепления повторится впоследствии на высшей ступени. Если же эго настолько устойчиво, что ни тезису, ни антитезису не удается разрешить бессознательный продукт, то это подтверждает, что бессознательное выражение стоит выше как той, так и другой стороны. Устойчивость эго и превосходство посредствующего выражения над тезисом и антитезисом представляются мне коррелятами, взаимно друг друга обусловливающими. Иногда кажется, как будто устойчивость прирожденной индивидуальности является решающим моментом, а иногда будто бессознательное выражение имеет преобладающую силу, от которой эго и получает безусловную устойчивость. В действительности же может быть и так, что устойчивость и определенность индивидуальности, с одной стороны, и превосходство силы бессознательного выражения, с другой, суть не что иное, как признаки одного и того же фактического постоянства. Если бессознательное выражение до такой степени сохраняется, то оно является сырым материалом, подлежащим не разрешению, а формированию и представляющим собой общий предмет для тезиса и антитезиса. Вследствие этого такое бессознательное выражение становится новым содержанием, овладевающим всей установкой, уничтожающим расщепление и властно направляющим силу противоположностей в одно общее русло. Этим застой жизни устраняется, и жизнь получает возможность течь далее с новой силой и новыми целями. Этот описанный только что процесс в его целом я назвал трансцендентной функцией, причем под "функцией" я разумею не основную функцию, а сложную, составленную из других функций, а термином "трансцендентный" я обозначаю не какое-нибудь метафизическое качество, а тот факт, что при помощи этой функции создается переход из одной установки в другую. Сырой материал, обработанный тезисом и антитезисом и соединяющий в процессе своего формирования обе противоположности, есть жизненный символ. В его надолго неразрешимом, сыром материале заложено все присущее ему богатство предчувствиями, а в том образе, который принял его сырой материал под воздействием противоположностей, заложено влияние символа на все психические функции. Намеки на основы процесса, образующего символ, мы находим в скудных сообщениях о подготовительных периодах жизни у основателей религий, например в противоположениях Иисуса и Сатаны, Будды и Мары, Лютера и черта, в истории первого светского периода жизни Цвингли, у Гете в возрождении Фауста через союз с чертом. В конце "Заратустры" мы находим замечательный пример подавления антитезиса в образе "безобразнейшего человека".... смотреть

СИМВОЛ

(греч. бросание, метание совместно несколькими лицами чего-либо; знак, опознавательная примета) знак, в понятие которого входят, не поглощая его, художественный образ, или аллегория, или сравнение. С. в первоначальном значении в античности означал намеренно небрежно обломленную половину черепка, которую при расставании оставляли при себе, а другую отдавали партнеру. С. таким образом служил выражению возможности при предъявлении узнать нечто другое по целому. Следовательно, смысл С., согласно греческому определению, быть разделением единого и единением двойственности. Отличение С. от рассудочных форм осуществляется в неоплатонизме: Плотин противопоставляет знаковой системе алфавита целостную и неразложимую образность египетского иероглифа, а Прокл указывает на несводимость смысла мифологической символики к логическому или моралистическому содержанию. Псевдо-Дионисий Ареопагит вносит в христианство неоплатоническое учение о С., который у него начинает выражать невидимую и сокровенную сущность Бога и приобретает аналогическую функцию. В средневековье этот символизм существовал наряду с дидактическим аллегоризмом. Лишь в немецком романтизме произошло окончательное размежевание аллегории, С. и мифа как органического тождества идеи и образа. В истоках этого размеживания лежит трансцендентальная философия И. Канта. Кант в *Критике способности суждения* отделяет символическое изображение от схематического: оно есть изображение, а не обозначение. Символическое изображение не изображает понятие непосредственно, как схематизм, а делает это косвенно, *благодаря чему выражение содержит в себе не настоящую схему для понятий, а лишь символ для рефлексии*. В понимании С. немецкие романтики исходили от Гете, для которого все формы природного и человеческого творчества суть С. вечно живого становления. Гегель, в отличие от романтиков, выделял знаковый аспект С. По Гегелю, С. это некоторый знак, основанный на *условности*, являющийся препятствием для мышления и подлежащий преодолению в понятии. В своей *Логике* (раздел 1, гл. 1) он отмечает: *Все, что должно было бы служить символом, способно самое большее подобно символам для природы Бога вызывать нечто намекающее на понятие и напоминающее его; но... внешняя природа любого символа не подходит для этого и отношение скорее оказывается обратным: то, что в символе намекает на некоторое внешнее определение, можно познать только через понятие и сделать его доступным можно только удалением этой чувственной примеси*. В. Ф. Шеллинг, подводя итог исследования С. в романтизме, вскрывает его глубинную смысловую и диалогическую природу: *...где ни общее не обозначает особенное, ни особенное не обозначает общее, но где и то и другое абсолютно едины, есть символ*. Родоначальник семиотики американский философ Ч. С. Пирс подразделял все знаки на индексные, иконические и символические. Индексное отношение между воспринимаемым (означающим) и подразумеваемым (означаемым) в знаке зиждется на их фактической, существующей в действительности смежности. Иконическое отношение между означающим и означаемым это, по Пирсу, *простая общность по некоторому свойству*. В символическом знаке означающее и означаемое соотнесены *безотносительно к какой бы то ни было фактической связи*. Смежность между двумя составляющими компонентами С. можно назвать, согласно Пирсу, *приписанным свойством*. Э. Кассирер в XX в. сделал понятие С. предельно широким понятием человеческого мира: человек есть *животное символическое*. Для Кассирера язык, миф, религия, искусство и наука суть *символические формы*, посредством которых человек, с одной стороны, упорядочивает окружающий его хаос, а с другой осуществляет единение самих людей. Понятие С. у Кассирера является модификацией кантовской *априорной формы*, т. е. означает формальный синтез чувственного многообразия. Кассирер подчеркивал, что воображение у Канта есть отношение всего мышления к созерцанию, *synthesis speciosa* (фигурный синтез). *Синтез является основной способностью всякого чистого мышления. Кант рассматривает синтез, который относится к видам. Все это в конечном счете подводит нас к самой сути понятий культуры и символа* (Кассирер). Кантовская трансцендентальная схема однородна в одном отношении с категориями, а в другом отношении с явлениями и поэтому опосредует возможность применения категорий к явлениям. У неокантианца Кассирера слово не могло бы *значить* вещь, если бы между ними не существовало по крайней мере частичного тождества. Связь между С. и его объектом не только условна, но и естественна. Акт наименования зависит от процесса классификации, т. е. дать имя это значит отнести его к определенному классу понятий. Если бы это отнесение раз и навсегда предписывалось природой вещей, оно было бы уникальным и неизменным. Имена не предназначены для отнесения к субстанциальным вещам, но скорее определяются человеческими интересами и целями. Психоанализ рассматривает С. не как атрибут сознательной деятельности человека, а как возможность опосредствованного проявления бессознательного содержания как в индивидуальной психике, так и в культуре. К. Юнг, продолжая в известной степени романтическую традицию, объявлял все наличие человеческой символики как выражение фигур коллективного бессознательного (архетипов), открывая тем самым доступ к размыванию понятийных границ между мифом и С., лишая последний *субстанциальной* определенности. Статья *Символизм* в *Энциклопедии социальных наук* написана Э. Сепиром на стыке психоанализа и лингвистики. Он выделяет две постоянных характеристики С. среди широкого спектра значений, в которых употребляется это слово. Одна из них имеет в виду, что всякая символика предполагает существование значений, которые не могут быть непосредственно выведены из контекста. Вторая характеристика С. заключается в том, что его действительная значимость непропорционально больше значения, выражаемого его формой как таковой. Сепир различает два типа символики. Первый из них он называет референциальной символикой, она используется в качестве экономного средства обозначения. Второй тип символизма назван им конденсационным (заместительным) символизмом, ибо это *сжатая форма заместительного поведения для прямого выражения чего-либо, которая позволяет полностью снять эмоциональное напряжение в сознательной или бессознательной форме*. Телеграфный код может послужить чистым примером референциальной символики. А типичным примером конденсационной символики, вслед за психоаналитиками, Сепир считает внешне бессмысленный ритуал омовения у больного, страдающего навязчивым неврозом. В реальном поведении оба типа обычно смешиваются. Главное их различие состоит в том, что референциальный символизм развивается по мере совершенствования формальных механизмов сознания, а конденсационный все глубже уходит в сферу бессознательного и распространяет свою эмоциональную окраску на типы поведения и ситуации, внешне удаленные от первоначального значения С. Т. о., оба типа С., по Сепиру, берут свое начало от ситуаций, в которых знак оторван от своего контекста. Символикой насыщена не только сфера религии или поли гики, но фактически все социально-культурное пространство, равно как и поведение индивида тяжело нагружено символизмом. К. Леви-Стросс, используя структурный анализ, утверждает наличие изоморфизма между природными, социальными и символическими структурами. Он подчеркивает, что произвольный характер знака носит лишь временный характер (так, произвольны правила уличного движения, придавшие семантическую ценность красному и зеленому сигналам соответственно). Вместе с тем эмоциональные отзвуки и выражающую их символику нелегко поменять местами. В действующей символической системе тот или иной С. вызывает соответствующие представления и переживания. Можно произвести инверсию значении в противоположных С. (красный зеленый в правилах уличного движения), но тем не менее каждый из этих знаков сохранит присущую ему ценность, независимое содержание, вступающие в комбинацию с функцией значения и ее изменяющие. Содержание обнаружит устойчивость не столько потому, что каждый из них, являясь стимулятором органов чувств, наделен присущей ему ценностью, а вследствие того, что они тоже представляют собой основу традиционной символики. Леви-Стросс фиксирует, что культура несет избыток означающих, а индивид недостаток означаемого. Социальный мир создает равновесное состояние между двумя этими ситуациями. Логико-семантическая сторона С. довольно детальную разработку получила в неопозитивизме, а также в многочисленных направлениях аналитической философии, патриархом которых заслуженно считается Л. Витгенштейн. Он полагает, что объяснение С. само дается при помощи С. Не помогает здесь и остенсивное (показывающее) определение, поскольку оно не является конечным и может быть понято неправильно. Существенным при объяснении С. является понимание того, что С. накладывается на значение. Витгенштейн различает знак и С. Знак это написанное начертание или звук, обладающие значением, с которым употребляются в высказывании, имеющие смысл. *Все, что необходимо для знака, чтобы он стал символом, само является частью символа. Эти соглашения являются внутренними для символа и не соотносят его с чем бы то ни было. Объяснение делает символ полным, но не выходит, так сказать, за его рамки* (Витгенштейн). Знак, полагает Витгенштейн, может быть бессмысленным, С. не может. Так, произнесенное высказывание значит меньше, если при этом не было видно губ адресанта и не было слышно, как он говорит эту фразу, ибо все они являются частью С. Все, что придает знаку значимость, является частью С. Для того чтобы С. имел значение, необязательно, чтобы запомнилось конкретное событие его объяснения. На самом деле, можно вспомнить событие, но утерять значение. Критерий объяснения состоит в том, используется ли объясненный смысл соответствующим образом в будущем. Значение слова его место в символизме, а его место определяется тем способом, при помощи которого оно употреблено в нем. С., по Витгенштейну, предполагает соглашение о его использовании. А. Ф. Лосев продолжил шеллингианскую линию рассмотрения С. Он предлагает следующие пять положений, вскрывающих существо С. 1.С. есть функция действительности. С. есть отражение или, говоря более общно, функция действительности, способная разлагаться в бесконечный ряд членов, как угодно близко или далеко отстоящих друг от друга и могущих вступить в бесконечно разнообразные структурные объединения. 2. С. есть смысл действительности. С. есть не просто функция или отражение действительности и не какое попало отражение (механическое, физическое и т. п.), но отражение, вскрывающее смысл отражаемого. При этом такое отражение в человеческом сознании является вполне специфическим и не сводимым к тому, что отражается. Но эта несводимость к отражаемому не только не есть разрыв с этим последним, а, наоборот, есть лишь проникновение в глубины отражаемого, недоступные внешнечувственному их воспроизведению. 3. С. есть интерпретация действительности в человеческом сознании, а сознание это, будучи тоже одной из областей действительности, вполне специфично, потому и С. оказывается не механическим воспроизведением действительности, но ее специфической переработкой, т. е. тем или иным пониманием, той или иной ее интерпретацией. 4. С. есть сигнификация действительности. Поскольку С. есть отражение действительности в сознании, которое тоже есть специфическая действительность, он должен так или иначе обратно отражаться в действительности, т. е. ее обозначать. Следовательно, С. действительности всегда есть и знак действительности. Чтобы отражать действительность в сознании, надо ее так или иначе воспроизводить, но всякое воспроизведение действительности, если оно ей адекватно, должно ее обозначать, а сама действительность должна являться чем-то обозначаемым. 5. С. есть переделывание действительности. С. есть отражение действительности и ее обозначение. Но действительность вечно движется и творчески растет. Следовательно, и С. строится как вечное изменение и творчество. В таком случае, однако, он является такой общностью и закономерностью, которая способна методически переделывать действительность. Без этой системы реальных и действенных С. действительность продолжала бы быть для нас непознаваемой стихией неизвестно чего. Представитель философской герменевтики Г. Гадамер развивает онтологический аспект воззрения на С. М. Хайдеггера, высказанный последним, в частности, в *Истоке художественного творения*. Гадамер пишет: *...познание символического смысла предполагает, что единичное, особенное предстает как осколок бытия, способный соединяться с соответствующим ему осколком в гармоническое целое, или же что это давно ожидаемая частица, дополняющая до целого наш фрагмент жизни*. Сущность знака, по Гадамеру, открывается в чистом указании, а сущность С. в чистом представительстве. Функция знака состоит в указании вовне себя. С. не только указывает, но и представляет, выступая заместителем. *Но замещать означает осуществлять наличие того, что отсутствует. Так, символ замещает, репрезентируя, что означает, что он непосредственно позволяет чему-то быть в наличии*. Замещение это то общее, что присуще как С., так и аллегории. Но С. не просто любое знаковое обозначение или значащее замещение, он предполагает метафизическую связь видимого и невидимого. С. это совпадение чувственного и сверхчувственного, а аллегория это значимая связь чувственного и внечувственного. Т. о., суть С. *сводить воедино*, служа выражению глубинного содержания сводимых сторон одного через другого. Многосмысловая структура с способствует полноте схватывания мира а также активной внутренней работе воепринимающего. Эта структура С. никогда не может быть окончательно дана она может быть только задана. Поэтому она не подвержена процедуре объяснения, но подлежит описанию (см. *ОПИСАНИЕ*). Интерпретация С. носит диалогический характер и противостоит как *методологии чувствования*, т. е. субъективизму, так и *методологии окончательного истолкования*, т. е. объективизму С. А. Азаренко... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (греч. symbolon - знак, опознавательная примета; symballo - соединяю, сталкиваю, сравниваю) - в широком смысле понятие, фиксирующее способность ... смотреть

СИМВОЛ

(греч. symbolon - знак, опознавательная примета; symballo - соединяю, сталкиваю, сравни- ваю) - в широком смысле понятие, фиксирующее способность материальных вещей, событий, чувственных образов выражать (в контексте социокультурных аксиологических шкал) идеальные содержания, отличные от их непосредственного чувственно-телесного бытия. С. имеет знаковую природу, и ему присущи все свойства знака. Однако, если, вслед за Гадамером, сущностью знака признать чистое указание, то сущность С. оказывается большей, чем указание на то, что не есть он сам. С. не есть только наименование какой-либо отдельной частности, он схватывает связь этой частности со множеством других, подчиняя эту связь одному закону, единому принципу, подводя их к некоторой единой универсалии. С. - самостоятельное, обладающее собственной ценностью обнаружение реальности, в смысле и силе которой он, в отличие от знака, участвует. Объединяя различные планы реальности в единое целое, С. создает собственную многослойную структуру, смысловую перспективу, объяснение и понимание которой требует от интерпретатора работы с кодами различного уровня. Множественность смыслов свидетельствует не о релятивизме, но о предрасположенности к открытости и диалогу с воспринимающим. Возможны различные трактовки понятия "С." и "символическое". В семиологии Пирса "символическое" понимается как особое качество, отличающее С. от других средств выражения, изображения и обозначения. Эта особенность С. представляется как частный случай знаковости и ее наивысшая степень; или, наоборот, наибольшая противоположность знаковости; например, архетипы Юнга - это единственная опосредованная возможность проявления бессознательных начал, которые никогда не могут быть выражены как нечто определенное. Символическое - это глубинное измерение языка, шифр, предпочитающий процесс производства значений коммуникативной функции; или - особый синтез условной знаковости и непосредственной образности, в котором эти два полюса уравновешиваются и преобразуются в новое качество (Белый, Аверинцев). "Символическое" представлено также как родовая категория, охватывающая все формы культурной деятельности человека - у Кассирера, Дж. Хосперса. Давая максимально широкое понятие С. - "чувственное воплощение идеального" - Кассирер обозначает как символическое всякое восприятие реальности с помощью знаков, что позволяет ему систематизировать на основе единого принципа все многообразие культурных форм: язык, науку, искусство, религию и т.д., т.е. понять культуру как целое. В С. единство культуры достигается не в ее структуре и содержаниях, но в принципе ее конструирования: каждая из символических форм представляет определенный способ восприятия, посредством которого конституируется своя особая сторона "действительного". Обращение к первому, семиотическому, толкованию С. характерно для социологов, антропологов, логиков, искусствоведов и т.д. Предметом интереса здесь оказываются возможные типы разрешения внутреннего напряжения знака (между означающим и означаемым), что по-разному реализуется как в отношении С. к субъекту и принятому им способу интерпретации, так и в отношении С. к символизируемому объекту. Критерий различения в отношении референции: произвольность - непроизвольность значения С. Непроизвольность (мотивированность) основана на признании наличия общих свойств у С. и объекта, на подобии видимой формы с выраженным в ней содержанием, как если бы она была порождена им (иконическое выражение, античность). Отношение аналогии сохраняется и при подчеркивании несовпадения знакового выражения и значимого содержания (религиозное понятие С.). По отношению аналогии означающего и означаемого, мотивированности и неадекватности связи С. противопоставляется знаку, в котором отношение составляющих немотивированны и адекватны. Произвольный (немотивированный) С. определяется как условный знак с четко определенным значением, ничем иным, кроме конвенции, не связанный с этим знаком. Немотивированный С. уделяет особенное внимание означаемому, форма и денотат могут быть любыми. Конвенциальный С., таким образом, один из случаев отношения знака к объекту. В отношении С. к сознанию субъекта, в котором он вызывает понятие или представление об объекте, анализируется связь между чувственными и мысленными образами. Возможен, как и для объектов, естественный и конвенциальный способы связи (символический интеракционизм). В частном, специальном смысле, выделяются С. того или иного типа: лингвистические (фонетический, лексический и грамматический коды), в которых определенной единице выражения соответствует определенная единица содержания; риторические, построенные на коннотативных, а не на денотативных, как в первом случае, связях, что предполагает большую свободу и независимость кодов, участвующих в интерпретации. Тогда, по определению Лотмана, представление о С. связано с идеей некоторого содержания, которое, в свою очередь, служит планом выражения для другого, как правило, культурно более ценного содержания. Поэтому С. должны признаваться "коннотаторы", т.е. все средства иносказания, составляющие предмет риторики. Многозначность задает понятие С. в герменевтике: для Рикера С. является всякая структура значения, где один смысл, прямой, первичный, буквальный, означает одновременно и другой смысл, косвенный, вторичный; иносказательный, который может быть понят лишь через первый. Этот круг выражений с двойным смыслом составляет герменевтическое поле, в связи с чем и поня-тие интерпретации расширяется так же, как и понятие С. Интерпретация, в данном контексте, - это работа мышления, которая состоит в расшифровке смысла, сто-ящего за очевидным смыслом, в раскрытии уровней зна-чения, заключенных в буквальном значении, или ина-че - интерпретация имеет место там, где есть много-сложный смысл и именно в интерпретации обнаружива-ется множественность смыслов. Многоуровневая струк-тура С. последовательно увеличивает дистанцию между означающим и означаемым, задавая тем самым основ-ные функции С.: экспрессивную, репрезентативную и смысловую, посредством которых реализуется его роль в культуре. Непосредственное выражение - это презен-тация некоего объекта восприятию субъекта, восприя-тие непосредственно связано с "наличностью" ("Prasenz") и временным "настоящим" осовремениванием. Всякая презентация возможна "в" и "благодаря" репрезантации представления одного в другом и посредст-вом другого. Функция представления С. (по Гадаме-ру)- это не просто указание на то, чего сейчас нет в си-туации, скорее С. позволяет выявиться наличию того, что в основе своей наличествует постоянно: С. замещает, репрезентируя. Это означает, что он позволяет чему-то непосредственно быть в наличии. Свою функцию замещения он выполняет исключительно благодаря своему существованию и самопоказу, но от себя ничего о символизируемом не высказывает: "там, где оно, его уже нет". С. не только замещает, но и обозначает: функ-ция обозначения связана не с чувственной данностью, но саму эту данность он задает как совокупность воз-можных реакций, возможных каузальных отношений, определенных посредством общих правил: объект представляет собой устойчивую совокупность ноэтически ноэматических познавательных актов, которые являются источником семантически идентичных смыс-лов в отношении к определенным действиям, т.е. озна-чивается не столько единичный факт, сколько процесс мышления, способ его реализации - этим задаются различные формы мышления. Понятие С. как конст-руктивного принципа возможных проявлений отдель-ной единичности или как общей направленности объе-диненных в "единораздельную цельность" различных или противостоящих друг другу единичностей было развито Лосевым. В С. достигается "субстанциональ-ное тождество бесконечного ряда вещей, охваченных одной моделью", т.е. Лосев определяет С., исходя из его структуры, как встречу означающего и означаемого, в которой отождествляется то, что по своему непосредственному содержанию не имеет ничего общего между собой - символизирующее и символизируемое. Существом тождества, следовательно, оказывается различие: Лосев говорит об отсутствии у С. непо-средственной связи и содержательного тождества с сим-волизируемым, так что в существо С. не входит похо-жесть. Тем самым он возвращается к аристотелевской и религиозной трактовке С., создавшей универсальную формулу "нераздельности и неслиянности", т.е. к перво-начальному греческому значению С. как указания на бе-зусловно другое, не на подобное (эстетико-романтическая трактовка С.), а на то целое, которого С. недостает. Таким образом, для С. необходимо существование оппо-зиции, члены которой противоположны и только вместе составляют целое, и именно поэтому являющиеся С. друг друга. С.А. Радионова... смотреть

СИМВОЛ

(греч. symbolon - знак, опознавательная примета; symballo - соединяю, сталкиваю, сравниваю) - в широком смысле понятие, фиксирующее способность материальных вещей, событий, чувственных образов выражать идеальные содержания, отличные от их непосредственного чувственно-телесного бытия. С. имеет знаковую природу, и ему присущи все свойства знака. Однако, если, вслед за Гадамером, сущностью знака признать чистое указание, то сущность С. оказывается большей, чем указание на то, что не есть он сам. С. не есть только наименование какой-либо отдельной частности, он схватывает связь этой частности со множеством других, подчиняя эту связь одному закону, единому принципу, подводя их к некоторой единой универсалии. С. - самостоятельное, обладающее собственной ценностью обнаружение реальности, в смысле и силе которой он, в отличие от знака, участвует. Объединяя различные планы реальности в единое целое, С. создает собственную многослойную структуру, смысловую перспективу, объяснение и понимание которой требует от интерпретатора работы с кодами различного уровня. Множественность смыслов свидетельствует не о релятивизме, но о предрасположенности к открытости и диалогу с воспринимающим. Возможны различные трактовки понятия "С." и "символическое". В семиологии Пирса "символическое" понимается как особое качество, отличающее С. от других средств выражения, изображения и обозначения. Эта особенность С. представляется как частный случай знаковости и ее наивысшая степень; или, наоборот, наибольшая противоположность знаковости; напр., архетипы Юнга - это единственная опосредованная возможность проявления бессознательных начал, которые никогда не могут быть выражены как нечто определенное. Символическое - это глубинное измерение языка, шифр, предпочитающий процесс производства значений коммуникативной функции; или - особый синтез условной знаковости и непосредственной образности, в котором эти два полюса уравновешиваются и преобразуются в новое качество (Белый, Аверинцев). "Символическое" представлено также как родовая категория, охватывающая все формы культурной деятельности человека - у Кассирера, Дж. Хосперса. Давая максимально широкое понятие С. - "чувственное воплощение идеального" - Кассирер обозначает как символическое всякое восприятие реальности с помощью знаков, что позволяет ему систематизировать на основе единого принципа все многообразие культурных форм: язык, науку, искусство, религию и т.д., т.е. понять культуру как целое. В С. единство культуры достигается не в ее структуре и содержаниях, но в принципе ее конструирования: каждая из символических форм представляет определенный способ восприятия, посредством которого конституируется своя особая сторона "действительного". Обращение к первому, семиотическому, толкованию С. характерно для социологов, антропологов, логиков, искусствоведов и т.д. Предметом интереса здесь оказываются возможные типы разрешения внутреннего напряжения знака (между означающим и означаемым), что по-разному реализуется как в отношении С. к субъекту и принятому им способу интерпретации, так и в отношении С. к символизируемому объекту. Критерий различения в отношении референции: произвольность - непроизвольность значения С. Непроизвольность (мотивированность) основана на признании наличия общих свойств у С. и объекта, на подобии видимой формы с выраженным в ней содержанием, как если бы она была порождена им (иконическое выражение, античность). Отношение аналогии сохраняется и при подчеркивании несовпадения знакового выражения и значимого содержания (религиозное понятие С). По отношению аналогии означающего и означаемого, мотивированности и неадекватности связи С. противопоставляется знаку, в котором отношение составляющих немотивированны и адекватны. Произвольный (немотивированный) С. определяется как условный знак с четко определенным значением, ничем иным, кроме конвенции, не связанный с этим знаком. Немотивированный С. уделяет особенное внимание означаемому, форма и денотат могут быть любыми. Конвенциальный С, таким образом, один из случаев отношения знака к объекту. В отношении С. к сознанию субъекта, в котором он вызывает понятие или представление об объекте, анализируется связь между чувственными и мысленными образами. Возможен, как и для объектов, естественный и конвенциальный способы связи (символический интеракционизм). В частном, специальном смысле, выделяются С. того или иного типа: лингвистические (фонетический, лексический и грамматический коды), в которых определенной единице выражения соответствует определенная единица содержания; риторические, построенные на коннотативных, а не на денотативных, как в первом случае, связях, что предполагает большую свободу и независимость кодов, участвующих в интерпретации. Тогда, по определению Лотмана, представление о С. связано с идеей некоторого содержания, которое, в свою очередь, служит планом выражения для другого, как правило, культурно более ценного содержания. Поэтому С. должны признаваться "коннотаторы", т.е. все средства иносказания, составляющие предмет риторики. Многозначность задает понятие С. в герменевтике: для Рикера С. является всякая структура значения, где один смысл, прямой, первичный, буквальный, означает одновременно и другой смысл, косвенный, вторичный, иносказательный, который может быть понят лишь через первый. Этот круг выражений с двойным смыслом составляет герменевтическое поле, в связи с чем и понятие интерпретации расширяется также, как и понятие С. Интерпретация, в данном контексте, - это работа мышления, которая состоит в расшифровке смысла, стоящего за очевидным смыслом, в раскрытии уровней значения, заключенных в буквальном значении, или иначе - интерпретация имеет место там, где есть многосложный смысл и именно в интерпретации обнаруживается множественность смыслов. Многоуровневая структура С. последовательно увеличивает дистанцию между означающим и означаемым, задавая тем самым основные функции С: экспрессивную, репрезентативную и смысловую, посредством которых реализуется его роль в культуре. Непосредственное выражение - это презентация некоего объекта восприятию субъекта, восприятие непосредственно связано с "наличностью" ("Prasenz") и временным "настоящим" осовремениванием. Всякая презентация возможна "в" и "благодаря" репрезантации представления одного в другом и посредством другого. Функция представления С. (по Гадамеру) - это не просто указание на то, чего сейчас нет в ситуации, скорее С. позволяет выявиться наличию того, что в основе своей наличествует постоянно: С. замещает, репрезентируя. Это означает, что он позволяет чему-то непосредственно быть в наличии. Свою функцию замещения он выполняет исключительно благодаря своему существованию и самопоказу, но от себя ничего о символизируемом не высказывает: "там, где оно, его уже нет". С. не только замещает, но и обозначает: функция обозначения связана не с чувственной данностью, но саму эту данность он задает как совокупность возможных реакций, возможных каузальных отношений, определенных посредством общих правил: объект представляет собой устойчивую совокупность ноэтически но-эматических (см. Ноэзис и Ноэма) познавательных актов, которые являются источником семантически идентичных смыслов в отношении к определенным действиям, т.е. означивается не столько единичный факт, сколько процесс мышления, способ его реализации - этим задаются различные формы мышления. Понятие С. как конструктивного принципа возможных проявлений отдельной единичности или как общей направленности объединенных в "единораздельную цельность" различных или противостоящих друг другу еди-ничностей было развито Лосевым. В С. достигается "субстанциональное тождество бесконечного ряда вещей, охваченных одной моделью", т.е. Лосев определяет С, исходя из его структуры, как встречу означающего и означаемого, в которой отождествляется то, что по своему непосредственному содержанию не имеет ничего общего между собою - символизирующее и символизируемое. Существом тождества, следовательно, оказывается различие: Лосев говорит об отсутствии у С. непосредственной связи и содержательного тождества с символизируемым, так что в существо С. не входит похожесть. Тем самым он возвращается к аристотелевской и религиозной трактовке С, создавшей универсальную формулу "нераздельности и неслиянности", т.е. к первоначальному греческому значению С. как указания на безусловно другое, не на подобное (эстетико-романтическая трактовка С), а на то целое, которого С. недостает. Таким образом, для С. необходимо существование оппозиции, члены которой противоположны и только вместе составляют целое, и именно поэтому являющиеся С. друг друга. С.А. Радионова... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч. — знак, примета) — 1) в искусственных формализованных языках — понятие, тождественное знаку; 2) в эстетике и философии искусства — универсальная категория, отражающая специфику образного освоения жизни искусством — содержат, элемент худож. произведения, рассматриваемый в своем знаковом выражении; 3) в социокультурных науках — материальный или идеациональный культурный объект, выступающий в коммуникативном или трансляционном процессе как знак, значение к-рого является конвенциональным аналогом значения иного объекта.<br>     Сложный, дихотомичный характер понятия С. в культуре раскрывается в его отношении к знаку. Принципиальное отличие С. от знака заключается в том, что смысл С. не подразумевает прямого указания на денотат (означаемый объект). Знак становится символом тогда, когда его употребление предполагает общезначимую реакцию не на сам символизируемый объект (экстенсиональное или интенсиональное значение этого знака), а на отвлеченное значение (или чаще целый спектр значений), конвенционально в той или иной степени связываемых с этим объектом.<br>     Но при этом предметная, знаковая форма С. может иметь и даже стремиться к сохранению внешнего подобия с символизируемым объектом (вплоть до максимальной приближенности), или быть намеренно стилизованной под него, или иметь в качестве денотата специфическую черту, свойство, примету этого объекта. Т. о., применительно к С. можно говорить об опр. стремлении и приближении к тождеству означаемого и означающего, но это есть объектное (знаковое) тождество, за к-рым стоит смысловая отвлеченность. Само это приближение (особенно заметное в искусстве) может говорить о смысловой отвлеченности, свидетельствовать о стремлении сохранить, удержать указание на объект хотя бы на формальном уровне, или же, наоборот, осознанно разделить формальное сходство и содержат. отвлеченность, глубину, к-рую следует за этим сходством увидеть.<br>     Причина этих сложных, кажущихся пародоксальными, отношений — в характере семантич. деятельности в самой культуре. Многообразие генерируемых культурой смыслов никогда не бывает адекватным конечному числу существующих общепринятых знаковых форм. Это несоответствие, с одной стороны, приводит к искажению, метафоризации смысла при означении, а с др. стороны, — к возрастающей по мере существования в гфостранственно-временном измерении многозначности (полисемантизму) языка. Накапливающийся у знака объем доп. отвлеченных смыслов (коннотаций) в силу их большей актуальности для конкр. коммуникации вытесняет его исходное (парадигмальное) значение и становится общественно разделяемым; знак превращается в С. (при этом он может продолжать функционировать и как знак (системный или единичный) в коммуникативных ситуациях иного типа. На стадиях развития культуры, предполагающих наличие отвлеченных, абстрактных смыслов, символизация культурного объекта осуществляется значительно быстрее, зачастую он уже создается как символ.<br>     Сам характер символизации предполагает, с одной стороны, многозначность С. (С. может иметь информ., эмоц., экспрессионную смысловую нагрузку) и сложный характер его восприятия (рац. познание, интуитивное понимание, ассоциативное сопряжение, эстетич. вчувствование, традиц. соотнесение) — в этом отличие С. от аллегории или метафоры; с др., — динамич. характер существования С.: его существование целиком зависит от коммуникативной актуальности того или иного смысла.<br>     Важное (но не необходимое) свойство С. — его репрезентативность, эстетич. привлекательность, к-рая подчеркивает важность и общезначимость С., но вместе с тем часто сочетается с формальной простотой, актуальной для употребления С. в коммуникативной ситуации. Нередко следствием коммуникативной актуальности С. оказывается формирование его повседневного аналога, выраженного языковыми средствами, наиболее употребительными в обыденной коммуникации (вербальными, жестовыми).<br>     С. может функционировать как общекультурный, в рамках субкультуры (этнич., языковой, проф. и т.д.), быть специфичным для того или иного уровня или формы культуры. С. значительно чаще, чем знак, является несистемным; это вытекает из самой природы его смысла — существование системы символов (символич. языка), как правило, связано с опр. типами коммуникативных ситуаций (ритуал, специфич. деятельность институциональных форм культуры и т.д.).<br>     Филос. осмысление понятия С. восходит к античности; именно с античной культурой нередко принято связывать само появление отвлеченных смыслов, абстр. мышления. Платон дал целостную трактовку С. как интуитивно постигаемого указания на высшую идеальную форму объекта. Эта идеалистич., интуитивистская трактовка С. (отделяемого от рассудочных форм познания), развитая неоплатониками, стала основой христ. символизма, в к-ром все сущее мыслилось как С. высшей непознаваемой сущности — Бога. Мистич., интуитивистское, сверхъестеств. понимание С., перенесенное в сферу эстетического, характерно для романтизма и лит. символизма (С. как указание на невыразимое, мистич., потустороннее содержание). Однако уже у Гёте можно найти зерно иного понимания С. — как универсальной формы человеч. творчества. Этот подход получил развитие в философии Гегеля, в к-рой С. — прежде всего средство человеч. коммуникации, условный знак. Рационалистич. подход к С. был развит в позитивистской научной традиции (Д. С. Милль, Спенсер) на материале эволюционной человеч. цивилизации. В "философии жизни" {Дильтей, Ницше, отчасти Зиммель) символизация выступает как гл. средство культуры и, одновременно, как инструмент ее критики, средство нормирования, искажения проявлений жизни, ограничения человеч. воли. Кассирер делает С. универсальной категорией: все формы культуры рассматриваются им как иерархия "символич. форм", адекватная духовному миру человека (к-рый определяется как "символич. животное"). Для Шпенглера символизация — осн. критерий выделения локальных культур (теория "прасимволов"). Психоанализ рассматривал С. как порождение индивидуального (Фрейд) или коллективного (Юнг) бессознательного, как "архетипич. образ", возникающий вследствие опосредствования человеч. сознанием глубинных императивов родового прошлого. У Лосева,<br>     опиравшегося на анализ античной и раннеср-век. эстетики, получили развитие вопросы внешнего подобия означающего и означаемого в С. в связи с проблемой реализма в искусстве. Специфич. черты символич. деятельности человека исследуются также Лангер, Тодоровьш, Рикёром, Гадамером.<br>     Социально-коммуникативный подход к С. получил научное развитие в символич. интеракционизме (Кули, Томас, Д. Г. Ленд), этнометодологии (Гарфин-кель), культурной антропологии (Боас, Крёбер, амер. этнология), работах представителей структурно-функционалистского направления (Малиновский, Радк-лифф-Браун, Мертон). Однако в своей коммуникативной функции С. в работах представителей этих направлений нередко смешивался или отождествлялся со знаком.<br>     Структурализм поставил вопрос о культуре как совокупности символич. систем и культурных текстов, позволил выявить базовые механизмы и структурные основания символич. деятельности применительно к локальным группам культурных текстов. Этот подход к С. постструктурализм реализовал не в структурном, а в контекстуальном анализе. На сегодняшний день проблематика С. разрабатывается в эстетике и теории искусства — как проблематика выразит, средств худож. образа; в социокультурной антропологии — применительно к локальным аспектам коммуникации и массовой культуры.<br>     Лит. Свасьян К.А. Проблема символа в совр. философии. Ер., 1980; Лосев А.Ф. Знак, символ, миф. М., 1982; Он же. Философия имени М., 1990; Он же. Проблема символа и реалистич. искусство. М., 1995; Символ в системе культуры. Тарту, 1987; Эмблемы и символы. М., 1995; Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1995; Бидерманн Г. Энциклопедия символов. М., 1996; Юнг К.Г. Архетип и символ. М., 1991; Bollnow O.F. Die Lebensphilosophie. В.; Gott., 1958; Burke К. Language and Symbolic Action. Berk.; L. Ang., 1966; Blumer H. Symbolic Interactionism. Englewood. N.Y., 1969; Cassirer E. Philosophic der symbolischen Formen. Bd. 1-3. Darm., 1980-1985.<br>     А. Г. Шеикин<br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon - знак, опознавательная примета) идея, образ или объект, имеющий собственное содержание и одновременно представляющий в обобщенной,... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. sýmbolon — знак, опознавательная примета)        1) в науке (логике, математике и др.) — то же, что Знак. См. также ст. «Иероглифов теория». ... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч. symbolon — знак, опознавательная приме­та) — идея, образ или объект, имеющий собственное содержание и одновременно представляющий в об... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч. symbolon- знак, опознавательная примета), 1) в науке (логике, математике и др.) - то же, что знак. См. также ст. ‘‘Иероглифов теория... смотреть

СИМВОЛ

греч. ???????? – знак, примета) – идейная, образная или идейно-образная структура, содержащая в себе указание на те или иные, отличные от нее предметы, для к-рых она является обобщением и неразвернутым знаком. Как идеальная конструкция вещи С. в скрытой форме содержит в себе все возможные проявления вещи и создает перспективу для ее бесконечного развертывания в мысли, перехода от обобщенно-смысловой характеристики предмета к его отд. конкретным единичностям. С. является, т.о., не просто знаком тех или иных предметов, но он заключает в себе обобщенный принцип дальнейшего развертывания свернутого в нем смыслового содержания. Образцом логически точно разработанного С. может служить любая математич. функция, содержащая в себе закон своего разложения в бесконечный ряд то более, то менее близких друг другу значений. В иск-ве, напр. в назв. произв. "Дым" Тургенева, "Гроза" Островского, "Вишневый сад" Чехова, "На дне" Горького, "Поднятая целина" Шолохова, непосредственно обозначаемый чувств. образ содержит одновременно обобщающий принцип раскрываемой в этих произв. действительности. Термин "С." этимологически связан с греч. глаголом ???????? – соединяю, сталкиваю, сравниваю. Уже эта этимология указывает на соединение двух планов действительности, на то, что С. представляет собой арену встречи известных конструкций сознания с. тем или иным возможным предметом этого сознания. Ввиду многозначности самого термина "С." его часто отождествляли со "знаком", "олицетворением", "аллегорией", "метафорой", "эмблемой" и т.п. Это делает необходимым отграничить понятие С. от др. категорий. В отличие от аллегории, где образ играет подчиненную роль и выступает как иллюстрация нек-рой общей отвлеченной идеи, С. предполагает равновесие идеи и образа. С. не является персонификацией или схематич. олицетворением отвлеченного понятия (как, напр., Добродетель, Порок, Наслаждение, Грех и т.п. в ср.-век. мистериях). В персонификации значение образа не выходит за пределы олицетворяемой им абстракции, тогда как в С. образ полностью сохраняет свою самостоятельность, не сводим к абстракции, потенциально содержит в себе множество абстрактных идей изображаемого предмета, так что последний предстает в С. в его глубокой, разносторонней и многозначной смысловой перспективе. В этом и заключается нераздельное единство и равновесие идеи и образа, внутреннего и внешнего в С. Означающее и означаемое здесь взаимообратимы. Идея дана конкретно, чувственно, наглядно, в ней нет ничего, чего не было бы в образе, и наоборот. С. не является метафорой, поскольку в последней образ носит совершенно самостоят. характер и не указывает на к.-л., хотя бы и многозначную, идею предмета. Условный характер художественного С. отличает его от мифа (см. Мифология). Идейно-образная сторона художеств. С. связана с изображаемой предметностью только в отношении смысла, но никак не субстанциально; миф же вещественно отождествляет отображение и отображаемую в нем действительность. Религ. С. (в частности, т.н. С. веры) является одновременно также и мифом. Одной из разновидностей С. является эмблема, к-рая предполагает узаконенное конвенциональное употребление какой-либо вещи в качестве С. в связи с теми или иными обществ.-историч. установлениями. Помимо религии и искусства, термин "С." употребляется также в науке, в особенности в логике и математике, где значение его приближается к понятию знака. Совр. точная наука пользуется реально обоснованными символич., в особенности математич. формулами, к-рые дают общее как закон для получения единичного и предполагают единичное как проявление общей сущности и общего закона. Понимая огромное значение символов в процессе познания объективной действительности, Ленин вместе с тем подверг уничтожающей критике субъективно-идеалистич. истолкование самих понятий и представлений как "условных знаков, символов, иероглифов", не имеющих никакого объективного содержания (см. Соч., т. 14, с. 219–26). Он писал относительно символов, что "...против них вообще ничего иметь нельзя. Но "против всякой символики" надо сказать, что она иногда является "удобным средством обойтись без того, чтобы охватить, указать, оправдать определения п о н я т и й" (Begriffsbestimmungen). А именно в этом дело философии" (там же, т. 38, с. 107). Луначарский, говоря о важности С. в иск-ве и определяя его как "...конкретный, доступный нашему воображению образ, который означает что-то, само по себе нашему воображению недоступное" (Собр. соч., т. 4, 1964, с. 336), разграничивает символизм реалистический и декадентский. Т.о., как в науке, так и в иск-ве, смысл С. определяется тем, выступает ли он как средство объективного отражения действительности или является самодовлеющей игрой мысли, формой ухода от объективного познания мира. Лит.: История понятия и термина С. Vоlkеlt J., Der Symbolbegriff in der neuesten Aesthetik, Jena, 1876; Schlesinger M., Die Geschichte des Symbolbegriffs in der Philosophie, "Arch. Geschichte Philos.", 1909, Bd 22, H. 1; Looff H., Der Symbolbegriff in der neueren Religionsphilosophie und Theologie, K?ln, 1955; S?rensen B. ?., Symbol und Symbolismus in den ?sthetischen Theorien des 18. Jahrhunderts und der deutschen Romantik, Kopenhagen, 1963; Starr D., ?ber den Begriff des Symbols in der deutschen Klassik und Romantik, Reutlingen, 1964. Общая теория С. Гегель Г. В. ?., Лекции по эстетике, Соч., т. 12, кп. 1, М., 1938, ч. 2, с. 312–436; Шеллинг Ф. В. И., Философия иск-ва, М., 1966, с. 106–11; Иванов В., По звездам, П., 1909; его же, Мысли о символизме, "Труды и дни", 1912, No 1; его же, Борозды и межи, М., 1916; Белый ?., Символизм, М., 1910; его же, О символизме, "Труды и дни", 1912, No 1–2; Лосев А. Ф., Диалектика художеств. формы, М., 1927, с. 152–153, 228–233; его же, Антич. космос и совр. наука, М., 1927, с. 321– 337, 463–528; Visсhеr Fr., Aesthetik oder Wissenschaft des Sch?nen, Tl 1–3, Reutlingen–Lpz., 1846–57; его же, Kritische G?nge, neue Folge, H. 5, Stuttg., 1866, S. 136–46; его же, Das Symbol, в кн.: Philosophische Aufs?tze, Lpz., 1887; Schelling Fr. W. J. von,... Einleitung in die Philosophie der Mythologie, S?mmtliche Werke. Abt. 2, Bd 1, Stuttg., 1856, S. 3–198, 360–432; Ferrero G., I simboli in rapporte alla storia e filosofia del diritto, alla psicologia e alla sociologie, Torino, 1893; Вaes E., Le symbole et l´all?gorie, Brux., 1900; Hamann R., Das Symbol, Gr?tenhainichen, 1902; Platzhoff-Lejeune E., Das Symbolische, "Zeit", 1902, Bd 32, No 412; Сassirer E., Philosophie der symbolischen Formen, 2 Aufl., Bd 1–3, Darmstadt, 1953–54; Wiener M., Von den Symbolen, В., 1924; Weinhandl F., ?ber das aufschlie?ende Symbol, В., 1929; Кlages L., Der Geist als Widersacher der Seele, Bd 1–3, Lpz., 1929; Scherer R., Das Symbolische, "Philosophisches Jahrbuch", 1935, Bd 48, H. 2, S. 210; Michel ?., Symboles, в кн.: Dictionnaire de th?ologie catholique, v. 14, P., 1946; Jung K. G., Symbolik des Geistes, ?., 1948; Вayne J. S., Secret and symbol, Edin., 1949; Fоss M., Symbol and metaphor in human experience, Princeton (?. Y.), 1949; Filosofia e simbolismo, Roma, 1956; Jones E., Papers on psychoanalysis, Boston, [1961]; Ortigues E.. Le discours et le symbole, P., [1962]; Dittmann L., Stil – Symbol – Struktur, В., 1967; "Symbolon", Jahrbuch f?r Symbolforschung, Hrsg. von J. Schwabe, Bd 1–6, Basel–Stuttg., 1960–69. Библ.: Lurker M., Bibliographie zur Symbolkunde, Bd 1–3, Baden-Baden, 1964–68; Bibliographie zur Symbolik, Ikonographie und Mythologie, Baden-Baden, 1968. А. Лосев. Москва. ... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. знак, опознават. при­мета), 1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак. 2) В иск-ве универсальная эстетич. катего­рия, раскрывающаяся через сопоставление со смежны­ми категориями художественного образа, с одной сторороны, знака к аллегории, с другой. В широком смысле можно сказать, что С. есть образ, взятый в аспекте сво­ей знаковости, и что он есть знак, наделённый всей ор­ганичностью и неисчерпаемой многозначностью образа. Предметный образ и глубинный смысл выступают в структуре С. как два полюса, немыслимые один без дру­гого, но и разведённые между собой и порождающие С. Переходя в С., образ становится «прозрачным»: смысл «просвечивает» сквозь него, будучи дан имен­но как смысловая глубина, смысловая перспектива. Принципиальное отличие С. от аллегории состоит в том, что смысл С. нельзя дешифровать простым усилием рассудка, он неотделим от структуры образа, не суще­ствует в качестве некой рациональной формулы, к-рую можно «вложить» в образ и затем извлечь из него. Здесь же приходится искать и специфику С. по отноше­нию к категории знака. Если для чисто утилитарной знаковой системы многозначность есть лишь помеха, вредящая рациональному функционированию знака, то С. тем содержательнее, чем более он многозначен. Сама структура С. направлена на то, чтобы дать через каждое частное явление целостный образ мира. Смысловая структура С. многослойна и рассчитана на активную внутр. работу воспринимающего. Смысл С. объективно осуществляет себя не как наличность, но как динамич. тенденция; он не дан, а задан. Этот смысл, строго говоря, нельзя разъяснить, сведя к однознач­ной лoгич. формуле, a можно пояснить, соотнеся его с дальнеишйми символич. сцеплениями, к-рые под­ведут к большей рациональной ясности, но не до­стигнут чистых понятий. Если мы скажем, что Беат­риче у Данте есть С. чистой женственности, а Гора Чис­тилища есть С. духовного восхождения, то это будет справедливо; однако оставшиеся в итоге «чистая жен­ственность» и «духовное восхождение» это снова С., хотя и более интеллектуализированные, более похожие на понятия. С этим постоянно приходится сталкивать­ся не только читательскому восприятию, но и науч. ин­терпретации. Истолкование С. есть диалогич. форма знания: смысл С. реально существует только внутри человеч. общения, вне к-рого можно наблюдать только пустую форму С. «Диалог», в к-ром осуществляется постижение С., мо­жет быть нарушен в результате ложной позиции истол­кователя. Такую опасность представляет собой субъек­тивный интуитивизм, со своим «вчувствованием» как бы вламывающийся внутрь С., позволяющий себе говорить за него и тем самым превращающий диалог в монолог. Противоположная крайность поверхностный рацио­нализм, в погоне за мнимой объективностью и чёткостью «окончат. истолкования» устраняющий диалогич. момент и тем утрачивающий Суть С. Хотя С. столь же древен, как человеч. сознание, его филос.-эстетич. осмысление приходит сравнительно поздно. Мифологич. миропонимание предполагает не­расчленённое тождество символич. формы и её смысла, исключающее всякую рефлексию над С. Новая ситуация возникает в антич. культуре после опытов Платона по конструированию вторичной, т. е. «символич.» в собств. смысле, филос. мифологии. Платону важно было отгра­ничить С. прежде всего от дофилос. мифа. Эллииистич. мышление постоянно смешивают С. с аллегорией. Су­щественный шаг к отличению С. от рассудочных форм осуществляется в идеалистич. диалектике неоплатониз­ма. Плотин противопоставляет знаковой системе алфа­вита символику егип. иероглифа, предлагающего на­шей интуиции целостный и неразложимый образ; Прокл возражает на платоновскую критику традиц. мифа ука­занием на несводимость смысла мифологич. С. к логич. или моралистич. формуле. Неоплатонич. теория С. пере­ходит в христианство благодаря Псевдо-ДионисиюАреопагиту, описывающему всё зримое как С. незримой, сокровенной и неопределимой сущности бога, причём низшие ступени мировой иерархии символически вос­создают образ верхних, делая для человеч. ума возмож­ным восхождение по смысловой лестнице. В ср. века этот символизм сосуществовал с дидактич. аллегориз­мом. Ренессанс обострил интуитивное восприятие С. в его незамкнутой многозначности, но не создал новой теории С., а оживление вкуса к учёной книжной ал­легории было подхвачено барокко и классицизмом. Только эстетич. теория нем. романтизма сознательно противопоставила классицистич. аллегории С. и миф как органич. тождество идеи и образа (Шеллинг). В многотомном труде Ф. Крейцера «Символика и мифоло­гия древних народов...» («Symbolik und Mythologie der alten V?lker», Bd 1-4, 1810-12, перераб. изд. Bd 1-6, 1819-23) давалась классификация типов С. («мистич. С.», взрывающий замкнутость формы для непосредств. выражения бесконечности, и «пластич. С.», стремящий­ся вместить смысловую бесконечность в замкнутую фор­му). Как и Шеллинг, противопоставляя С. аллегории, Крейцер подчёркивает в С. его «мгновенную целокупность» и «необходимость», т. е. непосредственность воз­действия и органичность структуры. Для А. В. Шлегеля поэтич. творчество есть «вечное символизирование». Нем. романтики опирались в осмыслении С. на зрелого Гёте, к-рый понимал все формы природного и человеч. творчества как значащие и говорящие С. живого веч­ного становления. В отличие от романтиков, Гёте свя­зывает неуловимость и нерасчленимость С. не с мистич. потусторонностью, но с жизненной органичностью вы­ражающихся через С. начал. Гегель, выступая против романтиков, подчеркнул в структуре С. более рационалистич., знаковую сторону («С. есть прежде всего нек-рый знак»), основанную на «условности». Науч. ра­бота над понятием С. во 2-й пол. 19 в. в большой степени исходит из философии Гегеля (И. Фолькельт, Ф. Т. Фи­шер), однако романтич. традиция продолжала жить, в частности в изучении мифа у И. Я. Бахофена. В эстетич. сферу она возвращается к концу века благодаря лит. теории символизма, согласно к-рой истинный С., поми­мо неисчерпаемости смысла, передаёт на сокровенном языке намёков и внушения нечто невыразимое, неадек­ватное внеш. слову. Осмысление социально-коммуни­кативной природы С. сливалось в символизме (особенно немецком, идущем от традиции Р. Вагнера, и ещё более в русском) с утопич. проектами пересоздания общества и мироздания через «теургич.» творчество С. В 20 в. нео­кантианец Кассирер сделал понятие С. предельно широким понятием человеч. мира: человек есть «животное символическое»; язык, миф, религия, иск-во и наука суть «символич. формы», посредством к-рых человек упорядочивает окружающий его хаос. Психоаналитик Юнг, отвергший предложенное Фрейдом отождествле­ние С. с психопатологич. симптомом и продолживший романтич. традицию, истолковал всё богатство человеч. символики как выражение устойчивых фигур бессоз­нательного (т. н. архетипов), в своей последней сущно­сти неразложимых. Опасной возможностью юнговской символологии является полное размывание границ между С. и мифом и превращение С. в лишённую твёр­дого смыслового устоя стихию. Марксистско-ленинская эстетика подходит к анали­зу проблем С. и аллегории как частных разновидностей художеств. образа, исходя из учения об иск-ве как специфич. форме отражения действительности. См. Худо­жественный образ.... смотреть

СИМВОЛ

(Symbol) — наилучшее из возможных выражение или изображение чего-либо неизвестного. Понятие символа следует отличать от понятия знака.«Каждый психический продукт, поскольку он является в данный момент наилучшим выражением для еще неизвестного или сравнительно известного факта, может быть воспринят как символ, поскольку есть склонность принять, что это выражение стремится обозначить и то, что мы лишь предчувствуем, но чего мы ясно еще не знаем. Поскольку всякая научная теория заключает в себе гипотезу, т. е. предвосхищающее обозначение, по существу, еще неизвестного обстоятельства, она является символом. Далее, каждое психологическое явление есть символ при допущении, что оно говорит или означает нечто большее и другое, такое, что ускользает от современного познания. Такое возможно, безусловно, всюду, где имеется сознание с установкою на иное возможное значение вещей. Оно невозможно только там, и то лишь для этого самого сознания, где последнее само создало выражение, долженствующее высказать именно столько, сколько входило в намерение создающего сознания, — таково, например, математическое выражение. Но для другого сознания такое ограничение отнюдь не существует. Оно может воспринять и математическое выражение как символ, напр., для выражения скрытого в самом творческом намерении неизвестного психического обстоятельства, поскольку это обстоятельство подлинно не было известно самому творцу семиотического выражения и поэтому не могло быть сознательно использовано им» (ПТ, пар. 794).«Всякое понимание, которое истолковывает символическое выражение, в смысле аналогии или сокращенного обозначения для какого-нибудь знакомого предмета, имеет семиотическую природу. Напротив, такое понимание, которое истолковывает символическое выражение как наилучшую и потому ясную и характерную ныне непередаваемую формулу сравнительно неизвестного предмета, — имеет символическую природу. Понимание же, которое истолковывает символическое выражение как намеренное описание или иносказание какого-нибудь знакомого предмета, имеет аллегорическую природу.Объяснение креста как 'символа божественной любви есть объяснение семиотическое, потому что «божественная любовь» обозначает выражаемое обстоящие точнее и лучше, чем это делает крест, который может иметь еще много других значений. Напротив, символическим будет такое объяснение креста, которое рассматривает его, помимо всяких других мыслимых объяснений, как выражение некоторого, еще незнакомого и непонятного, мистического или трансцендентного, т. е. прежде всего, психологического обстояния, которое, безусловно, точнее выражается в виде креста» (там же, пар. 792).Характер сознательной установки определяет, в конечном итоге, что считать символом, а что — нет.«Поэтому весьма возможно, что кто-нибудь создает такое обстоятельство, которое для его воззрения совсем не представляется символическим, но может представиться таковым сознанию другого человека. Точно так же возможно и обратное. Мы знаем и такие продукты, символический характер которых зависит не только от установки созерцающего их сознания, но обнаруживается сам по себе, в символическом воздействии на созерцающего. Таковы продукты, составленные так, что они должны были бы утратить всякий смысл, если бы им не был присущ символический смысл. Треугольник с включенным в него оком является в качестве простого факта такой нелепостью, что созерцающий решительно не может воспринять его как случайную игру. Такой образ непосредственно навязывает нам символическое понимание. Это воздействие подкрепляется в нас или частым и тождественным повторением того же самого образа или же особенно тщательным выполнением его, которое и является выражением особенной, вложенной в него ценности» (там же, пар. 795).Установку, воспринимающую какое-либо явление как символическое, Юнг называет символической.«Она лишь отчасти оправдывается данным положением вещей; с другой же стороны, она вытекает из определенного мировоззрения, приписывающего всему совершающемуся — как великому, так и малому, — известный смысл и придающего этому смыслу известную большую ценность, чем чистой фактичности. Этому воззрению противостоит другое, придающее всегда главное значение чистым фактам и подчиняющее фактам смысл. Для этой последней установки символ отсутствует всюду, где символика покоится исключительно на способе рассмотрения. Зато и для нее есть символы, а именно такие, которые заставляют наблюдателя предполагать некий скрытый смысл. Идол с головою быка может быть, конечно, объяснен как туловище человека с бычачьей головой. Однако такое объяснение вряд ли может быть поставлено на одну доску с символическим объяснением, ибо символ является здесь слишком навязчивым для того, чтобы его можно было обойти. Символ, навязчиво выставляющий свою символическую природу, не должен быть непременно жизненным символом. Он может, напр., действовать только на исторический или философский рассудок. Он пробуждает интеллектуальный или эстетический интерес. Жизненным же символ называется только тогда, когда он и для зрителя является наилучшим и наивысшим выражением чего-то лишь предугаданного, но еще непознанного. При таких обстоятельствах он вызывает у нас бессознательное участие. Действие его творит жизнь и споспешествует ей. Так Фауст говорит: «Совсем иначе этот знак влияет на меня» (там же, пар. 796).Юнг также различал символ и симптом.«Существуют индивидуальные психические продукты, явно имеющие символический характер и непосредственно принуждающие нас к символическому восприятию. Для индивида они имеют сходное функциональное значение, какое социальный символ имеет для обширной группы людей. Однако происхождение этих продуктов никогда не бывает исключительно сознательное или исключительно бессознательное — они возникают из равномерного содействия обоих.Чисто сознательные, так же как и исключительно бессознательные продукты не являются per se символически убедительными — признание за ними характера символа остается делом символической установки созерцающего сознания. Однако они настолько же могут восприниматься и как чисто каузально обусловленные факты, напр., в том смысле, как красная сыпь скарлатины может считаться «символом этой болезни». Впрочем, в таких случаях правильнее говорить о «симптоме», а не о символе. Поэтому я думаю, что Фрейд, со своей точки зрения, совершенно верно говорит о симптоматических, а не о символических действиях (Symptomhandlungen), ибо для него эти явления не символичны в установленном мною смысле, а являются симптоматическими знаками определенного и общеизвестного, основного процесса. Правда, бывают невротики, считающие свои бессознательные продукты, которые суть прежде всего и, главным образом, болезненные симптомы, за в высшей степени значительные символы. Но в общем, это обстоит не так. Напротив, современный невротик слишком склонен и значительное воспринимать как простой «симптом» (там же, пар. 798).... смотреть

СИМВОЛ

в искусстве (греч. symbolon – знак, опознавательная примета), способность художественного образа соединять предметное значение с множеством переносных ... смотреть

СИМВОЛ

        СИМВОЛ (от греч. symbolon — знак, примета, признак). Существует множество теорий и трактовок С. Наиболее общим является понимание С. как универ... смотреть

СИМВОЛ

– образ, наделенный знаковостью и смыслом, имеющий отношение к чему-то другому и являющийся его представителем. В психоанализе понятие символа используется, как правило, при рассмотрении сновидений и симптомов психических заболеваний. З. Фрейд обратился к этому понятию в работе «Толкование сновидений» (1900), где им была рассмотрена сновидческая символика. Для основателя психоанализа символ – это прежде всего элемент сновидения. Кроме того, он считал, что невротические симптомы являются не чем иным, как «символами воспоминаний об известных (травматических) переживаниях». Именно такое понимания связи между невротическими симптомами и символами было высказано им в работе «О психоанализе» (1910), в которой также обращалось внимание на то, что украшающие города памятники и монументы «представляют собой такие же символы воспоминаний». З. Фрейд исходил из того, что сущностью символического отношения является сравнение, хотя и не любое. С одной стороны, не все то, с чем можно сравнить какой-либо процесс или предмет, выступает в сновидении как символ. С другой стороны, «сновидение выражает в символах не все, а только определенные элементы скрытых мыслей сновидения». Пока понятие символа строго не определено, оно сливается с замещением, изображением, то есть приближается к намеку. Удивительным, с точки зрения основателя психоанализа, представляется то, что, если символ и является сравнением, то оно не обнаруживается при помощи ассоциации и сновидящий пользуется им, ничего не зная о нем. Ссылаясь на различные источники, в частности на статью Л. Леви «Сексуальная символика Библии и Талмуда» (1914), З. Фрейд обратил внимание на распространенность сексуальных символов в жизни человека. В сновидениях эти символы используются почти исключительно для выражения сексуальных объектов и отношений. Речь идет о бессознательных знаниях, о логических отношениях, отношениях сравнения между различными объектами, где одно может замещаться другим. По мнению З. Фрейда, «эти сравнения не возникают каждый раз заново, они уже заложены готовыми, завершены раз и навсегда; это вытекает из их сходства у различных лиц, сходства даже, по-видимому, несмотря на различие языков». Сконцентрировав свое внимание на сексуальной символике, З. Фрейд не углублялся в концептуальное рассмотрение природы символов. Последующие психоаналитики не обошли стороной проблему понимания символа как такового. Так, Э. Фромм (1900–1980) попытался ответить на вопрос, что такое символ. В работе «Забытый язык» (1951) он подчеркнул, что хотя определение символа как чего-то, являющегося обозначением другого, оказывается не очень удачным, тем не менее оно приемлемо, если речь идет о символах, связанных со зрительными, слуховыми, обонятельными ощущениями, обозначающими «нечто», выражающее внутреннее состояние человека, его чувства и мысли. Такой символ – это нечто, находящееся вне нас и символизирующее нечто внутри нас. «Язык символов – это язык, в котором внешний мир есть символ внутреннего мира, символ души и разума». Но в чем заключается специфическая взаимосвязь между символом и тем, что он символизирует? Отвечая на этот вопрос, Э. Фромм выделил три типа символов: условные, случайные и универсальные. Только последние два типа содержат в себе элементы языка символов. Условные символы – наиболее известные и используемые человеком в повседневном языке. К ним относятся слова и образы. Так, флаг может быть знаком какой-то страны, но особый цвет флага не связан с самой страной и лишь условно принято считать, что цвета служат обозначением определенной страны. Случайные символы – являющиеся противоположностью условным символам, хотя между ними есть нечто общее – отсутствие внутренней связи между символом и тем, что он символизирует. Так, если с человеком произошла какая-то неприятность в определенном месте, то впоследствии он может испытывать неприятные переживания при упоминании этого места. Личный опыт человека превращает данное место в символ его настроения. Здесь связь между символом и символизируемым переживанием случайна. Однако в отличие от условных символов случайные символы не могут быть одним и тем же для разных людей, поскольку связь между событием и символом устанавливается самим человеком. Универсальные символы – такие символы, в которых между символом и тем, что он обозначает, существует внутренняя связь. Для них характерна связь между душевным и физическим переживанием. Некоторые физические явления, например огонь или вода, по своей природе вызывают определенные чувства и мысли, и человек выражает свои эмоциональные переживания на языке физических состояний, то есть символически. По мнению Э. Фромма, «универсальные символы – единственный тип символов, в которых связь между символом и тем, что он символизирует, не случайна, а внутренне присуща самому символу». Эта связь воспринимается всеми людьми одинаково, что отличает данные символы не только от случайных, но и от условных, сфера распространения которой ограничена группой людей. В основе универсальных символов лежат свойства человеческого тела, ощущений и разума, характерные для каждого человека. Язык этих символов – единственный общий язык, созданный человечеством, но забытый современными людьми. О всеобщем характере универсальных символов свидетельствует тот факт, что на языке этих символов создаются мифы и сновидения во всех культурах, от первобытных до высокоразвитых. Используемые в различных культурах данные символы обнаруживают поразительное сходство. Однако, как замечал Э. Фромм, значение некоторых символов может различаться в соответствии с их различной значимостью в разных культурах и, следовательно, можно говорить о диалектах всеобщего языка символов, определяемых условиями жизни. Кроме того, многие символы имеют не одно значение: огонь может символически выражать как ощущение радости, так и чувство страха; вода может быть и символом покоя, умиротворения, и символом ужаса, хаоса. Язык универсальных символов труден для понимания, поскольку люди забыли его прежде, чем он стал всеобщим языком. Но понимание этого языка важно для каждого, кто хочет глубже познать себя. Исходя из этого, Э. Фромм считал, что «пониманию языка символов нужно учить в школах и колледжах точно так же, как там изучают другие иностранные языки».... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ(греч. Symbolon - знак). 1) фигура или образ для вещественного обозначения какого-нибудь чисто нравственного предмета, напр. треугольник символ С... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. simbolon опознавательный знак, примета). Многочисленные истолкования понятия С, возникавшие на протяжении всей истории философской мысли, можно свести к двум основным тенденциям. В соответствии с первой, С. интерпретируется как образно представленная идея, как средство адекватного перевода содержания в выражение. Согласно второй, С. несет в себе первичный и далее не разложимый, сопротивляющийся определению опыт мышления; смысл С. не имеет однозначного прочтения, постижение его связано с интуицией. В философии XX в. С. как сложный многоаспектный феномен исследуется в рамках самых различных подходов: семиотического, логико-семантического, гносеологического, эстетического, психологического, герменевтического. Рассматриваются такие стороны проблемы как соотношение С, знака и образа; место и роль С. в жизнедеятельности; символизм в искусстве, религии, науке; С. как социокультурный феномен; символизация как проявление индивидуального и коллективного бессознательного; природа универсальных С. и т.п. Создание целостной философской концепции С. связано с именем Кассирера. В его *Философии символических форм* С. рассматривается как единственная и абсолютная реальность, *системный центр духовного мира*, узловое понятие, в котором синтезируются различные аспекты культуры и жизнедеятельности людей. Согласно Кассиреру, человек это *животное, созидающее символы*; иначе говоря, благодаря оперированию С, человек утверждает себя, конструирует свой мир. Символические формы (язык, миф, религия, искусство и наука) предстают как способы объективации, самораскрытия духа, в которых упорядочивается хаос, существует и воспроизводится культура. Не менее значимое место понятие С. занимает в аналитической психологии Юнга. С. трактуется им как главный способ проявления архетипов фигур коллективного бессознательного, унаследованных от древнейших времен. Один и тот же архетип, согласно Юнгу, может выражаться и эмоционально переживаться посредством различных символов. Например, Самость архетип порядка и целостности личности символически предстает как круг, мандала, кристалл, камень, старый мудрец, а также и через другие образы объединения, примирения полярностей, динамического равновесия, вечного возрождения духа. Основное предназначение С. защитная функция. С. выступает в качестве посредника между коллективным бессознательным и душевной жизнью отдельного человека, является сдерживающим, стабилизирующим механизмом, препятствующим проявлению иррациональных дионисийских сил и порывов. Разрушение С. неизбежно приводит к дестабилизации духовной жизни общества, опустошенности, вырождению и идеологическому хаосу. Тезис об изоморфизме между культурными и ментально-символическими структурами характерен для структурализма. По Леви-Стросу, всякая культура может рассматриваться как ансамбль символических систем, к которым прежде всего относятся язык, брачные правила, искусство, наука, религия. В своих работах он описывает особую логику архаического мышления, свободную от строго подчинения средств цели. В этой логике *бриколяжа* С. обладает промежуточным статусом между конкретно-чувственным образом и абстрактным понятием. Онтологический аспект в понимании С. подчеркивает Хайдеггер в связи с исследованием истоков искусства. *Творение есть С*, в котором в равной мере проявляется *открытость* и *сокрытость* (неисчерпаемая смысловая полнота) бытия, разрешается вечный спор *явленности* и *тайны*. Развивая эту мысль, Гадамер утверждает, что понимание С. невозможно без осмысления его *гностической функции и метафизической подосновы*. С. предполагает неразрывную связь видимого и невидимого, совпадение чувственного и сверхчувственного. Его нельзя дешифровать простым усилием рассудка, поскольку для него не существует значения в виде некоторой формулы, которую нетрудно извлечь. Именно в этом состоит принципиальное отличие С. от аллегории и знака. Знак как *чистое указание* выражает, по Гада-меру, физические параметры (начертание или звук) культурного существования. Знаки, окружающие человека повсюду и в любой момент времени, могут быть бессмысленными. Лишь обращение к С. подразумевает необходимость совершения акта сознания. Если для утилитарной знаковой системы многозначность помеха, нарушающая рациональное функционирование, то С. тем содержательнее, чем более он многозначен. Смысловая структура С. многослойна и рассчитана на внутреннюю работу воспринимающего. По Гуссерлю, проблема символизации языка сталкивается с парадоксом, состоящим в том, что язык есть вторичное выражение понимания реальности, но только в языке его зависимость от этого понимания может быть *выговорена*. Символическая функция языка раскрывается, исходя из двойственного требования: логичности и допредикативного *предшествующего* обоснования языка, которое обнаруживается в операции *возвратного вопрошания*, *движения вспять*. Эти идеи продолжены в герменевтике Рикёра, по определению которого С. есть *выражение, обладающее двойным смыслом*: изначальным, буквальным и иносказательным, духовным. Благодаря такой своей природе, С. *зовет к интерпретации*. Обстоятельно рассмотрев в своих работах различные подходы и толкования С, Лангер утверждает, что анализ символических образований и *символической способности* человека является специфической чертой современного философствования, что *в фундаментальном понятии символизма мы имеем ключ ко всем гуманистическим проблемам*. Л. С. Ершова Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного. М, 1991; Леви-Строс К. Первобытное мышление. М., 1994; Хайдеггер М. Исток художественного творения // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX-XX вв. М., 1987; Рикер П. Герменевтика и психоанализ. Религия и вера. М., 1996; S. Langer. Feeling and Form. N.Y., 1953.... смотреть

СИМВОЛ

ВЕРЫ (слав. эквивалент лат. credo) - (1) официально зафиксированная система основополагающих догматов вероучения. Выступает, с одной стороны предметом веры, выводясь тем самым из сферы рациональной критики, с другой - фундаментом рациональной теологии, составляя по отношению к последней исходную аксиоматическую систему. Дидактические толкования СВ. служат основой катехизисов и катехических поучений (исповеданий веры). Будучи лаконичной и архитектонически завершенной системой, СВ. может воспроизводиться в процедуре богослужения как в качестве индивидуальной молитвы, так и исполнения хором (например, "Верую" в контексте христианской литургии). В истории каждой конфессии могут быть выделены периоды семантического становления и официального кон-ституирования СВ., а также- как правило- его последующие эволюционные трансформации. Так, общехристианский (Апостольский) СВ., первое упоминание о котором относится к концу 4 в. исходно - местный крещальный СВ. Римской церкви) состоит из 12 элементов ("членов"), создание каждого из которых связывается с именем одного из апостолов. Традиция такого истолкования заложена патристикой, в частности Руфином и Амвросием Медиоланским. Идея непосредственного апостольского авторства СВ. подвергнута критике Лоренцой Валлой и Эразмом Роттердамским и не считается канонической в классической теологии, однако содержание Апостольского СВ. трактуется как "апостольская керигма" (греч. kerigma - возвещение). В содержание керигмы входят тезисы о троичности Бога, "богочело-веческой природе" Иисуса Христа, искуплении грехов (1-8), о роли крещения и церкви в спасении и достижении "вечной жизни" (8-12). Утвержден с последовательно расширительной редакцией I (Никейским, 321) и II (Константинопольским, 381) Вселенскими Соборами (Никео-Цареградский СВ.). Константинопольским Вселенским Собором было принято также специальное постановление о "неизменности и неприкосновенности" догматов СВ. Однако, последующими Соборами в христианское вероучение все же были привнесены некоторые изменения (о двойственном богочеловеческом естестве Христа - 1У Вселенский Собор, о двух волях Христа - У1, об иконопочитании - УИ). Православный СВ. существует в настоящее время в редакции, оформившейся после УН Вселенского Собора; эта же редакция вошла во всеобщее употребление и в западно-христианской церкви после литургической реформы Карла Великого; однако католический СВ. претерпел и дальнейшие трансформации: включение в него формулы филиокве, тезис о чистилище, о непорочном зачатии Марии ее матерью Анной, о непогрешимости папы и некоторые другие. Тридентский Собор (1545-1563) признал Апостольский СВ. со всеми внесенными добавлениями основой катехического обучения. Известен также СВ. Св. Афанасия (Quinqunque), включающий в себя более 40 членов и центрирующий внимание на подробном толковании Троицы (упоминается в источниках, начиная с 7 в.; широкое распространение получает в эпоху Каролингов; с 13 в. в рамках схоластики получает равное интерпретационное значение с Апостольским и Никео-цареградским СВ.) Протестантизм в силу снятия акцента с организационно-церковного аспекта религии не оформляется как фиксированная система догматов и базируется лишь на Библии ("Священное писание"), отвергая "богодухновенность" СВ. и патристики ("Священное Предание"). Это обстоятельство инспирирует оформление в рамках протестантизма мощной традиции истолкования Библии, породившей огромный массив герменевтической литературы (от работ Шлейермахера до этических и эстетических программ трактовки библейских сюжетов (либеральная теология), символической программы и программы демифологизации Библии (диалектическая теология), стратегий реинтерпретации и экзистенциализации библейских текстов (диалектическая теология, во многом изоморфная в этом плане католическому аджорнаменто). Исходная догматика как СВ. иудаизма оформляется после проведенных царем Иосией реформ (622 до н.э.) и выражена в Танахе, которому содержательно соответствует Ветхий Завет христианства; была трансформирована в течение как талмудического и раввинистического (предложенная Моисеем бей Маймоном - "Маймонидом" - замкнутая система из 13 догматов), так и - особенно - реформического этапа своего развития: переосмысление вечности, пришествия мессии, всеве-дущности Бога и т.п. СВ. мусульманства конституируется в рамках схоластического калама (арабский термин, означающий богословие и так же восходящий к идее письма как и русск. "Священное писание"). Восприняв некоторые исходные идеи, возникшие в 8 в. в контексте монотеизма мутази-литов, СВ. ислама окончательно оформился в редакции Аша-ри (конец 9 - начало 10 в.); содержит основополагающий догмат о единстве Аллаха (112 сура Корана), о предопределении, о сотворенности (и, соответственно, конце) мира, о несотворенности Корана, Божьем посланничестве и пророческой миссии Мухаммеда, о страшном суде и др. В индуизме в качестве догматов приняты святость Вед, кармическое перевоплощение душ и др. М.А. Можейко... смотреть

СИМВОЛ

character, cipher, digit, (при индикации) indication, letter, note, sign, symbol, token* * *си́мвол м. 1. symbol 2. (в кодах связи, передачи данных и ... смотреть

СИМВОЛ

си́мвол сущ., м., употр. сравн. часто Морфология: (нет) чего? си́мвола, чему? си́мволу, (вижу) что? си́мвол, чем? си́мволом, о чём? о си́мволе; мн. ч... смотреть

СИМВОЛ

в искусстве (греч. sуmbolon – знак, опознавательная примета), способность художественного образа соединять предметное значение с множеством переносных смыслов. Понятие символа было разработано в философии неоплатонизма (3–6 вв. н. э.) и в средневековом христианском богословии, испытавшем воздействие неоплатонизма. Символ отличается от аллегории, несмотря на их внешнее сходство. Аллегория – однозначное иносказание, этот рационалистичный образ достаточно просто поддается расшифровке. Не случайно аллегория широко распространена в таком назидательном и рационалистичном жанре, как басня. Аллегории – отличительная особенность классицизма. Связь между предметным планом и планом иносказательным в аллегории неглубока. Так, в басне власть может быть представлена в аллегорических образах царской птицы орла и царского зверя льва. В отличие от аллегории символ многозначен, его предметный план неразрывно связан с переносными значениями. Если орел в басне – это аллегория царской власти, то Медный всадник, статуя Петра I работы скульптора Э. М. Фальконе, в поэме А. С. Пушкина «Медный всадник» (1833) – это символ. Это и воплощение власти, государства в их противопоставлении обыкновенному, заурядному человеку, и подобие языческого божества («кумир», «горделивый истукан»), и дух-гений Санкт-Петербурга, и, наконец, сам Петр I, как бы оживший в своем бронзовом изображении. Прекрасная Дама в сборнике А. А. Блока «Стихи о Прекрасной Даме» (1904) и героиня в стихотворении «Незнакомка» (1906) – не просто персонажи (хотя прототипом Прекрасной Дамы была невеста, а затем жена поэта Л. Д. Менделеева-Блок), но и воплощение религиозно-мистических и философских идей. Прекрасная Дама – символ мистических религиозно-философских представлений о Софии, душе мира и вечной женственности. Образ-символ Незнакомки указывает на эти же смыслы, но на сей раз в их двойственной оценке; в отличие от светлой Прекрасной Дамы Незнакомка двойственна, она причастна и божественному миру, и темному, демоническому. Это воплощение вечной женственности, способной обмануть, возможно, падшей. Значения символа с трудом переводимы на логический, понятийный язык. В нем дана иерархия, «лестница» смыслов. Так, вечная женственность, составляющая содержание женских образов-символов в поэзии В. С. Соловьева и А. А. Блока, – сама есть символ некоего мистического начала мира. Символы часто восходят к мифологическим образам. Часто авторы создают на основе существующих мифологий или религиозных и философских учений собственные мифы. Это мифотворчество характерно для символизма, символисты провозгласили, что в их творчестве символ впервые становится доминирующим поэтическим средством изображения и преображения мира. Однако символ – неотъемлемая особенность литературы разных эпох. В истории литературы известны случаи, когда художественные образы, по-видимому не задуманные их создателями как символические, в восприятии читателей позднейшего времени становились символами. Так, Татьяна Ларина из романа в стихах А. С. Пушкина «Евгений Онегин» стала восприниматься как символ русской души и идеального женского начала. А образ Дон Кихота из романа «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» М. Сервантеса стал символом безрассудной, но возвышенной мечтательности, не считающейся с обыденной, прозаической жизнью.... смотреть

СИМВОЛ

СИМБОЛ а, м, СИМВОЛ а, м. symbole, пол. symbol, нем. Symbol &LT; лат. symbolum гр. symbolon. 1. Что-л. , служащее условным обозначением какого-л. поня... смотреть

СИМВОЛ

1. Наиболее общее значение – все, что представляет, означает или указывает на что-либо еще. Согласно философу Чарльзу Пирзу, "символ – это знак, который является знаком просто, или преимущественно, на основании того факта, что он используется и понимается таким образом". Во всех приведенных ниже способах употребления можно увидеть это представление о символе, как о произвольном соглашении. 2. В лингвистике – любая языковая форма (обычно рассматривается слово), которая может использоваться для того, чтобы представить предмет, событие, человека и т.д. Слово "яблоко" является символом реального яблока. 3. В математике и (символической) логике – признак или знак (особенно в значении 5 этого термина), который используется для того, чтобы представить операцию; например, X – символ суммирования. Обратите внимание на интересную связь между этим значением и значением 2. Хотя оба определенно относятся к предметам, которые являются символическими, 2 обозначает идею выражения предметов в словах, а 3 обозначает преобразование слов в "символы", особенно математические и логические. 4. Действие, событие, устройство или высказывание (особенно устный лозунг), которые предназначены для того, чтобы обозначать идеи или принципы, выходящие за пределы этих определенных действий, результатов, устройств или высказываний. Ср. с термином знак (1), который используется, когда значение ограничено только предметом. Например, огонь как знак того, что что-то горит, по сравнению с огнем – символом жизни. 5. В подходе Пиаже – внутреннее, личное представление. Здесь этот термин явно отличается от знака (особенно в значениях 1 и 2 этого термина). Это различие заключается в том, что сторонники Пиаже рассматривают знаки как произвольные, разделяемые всем обществом представления, в то время как символы понимаются как внутренне продуцируемые индивидом. В психоаналитической теории встречается несколько вариаций этого термина. Все они определяются понятием символа как бессознательного предки представления маскирующего или искажающего представляемый им предмет таким образом, что то, что воспринимается сознательно, является неправильным отражением "реального" значения. 6. Осознаваемый образ или идея, которая представляет некоторое более глубокое, вытесненное желание или импульс. Это значение обычно подразумевается в литературе, посвященной сим волам сновидений. 7. Действие или поведение, представляющее какое-то бессознательное желание или импульс. Классический пример – так называемые "фрейдистские ошибки" (см. парапраксис). 8. Любой объект, который из-за некоторого воспринимаемого подобия с бессознательными потребностями человека представляет эти потребности и считается символом его глубинных конфликтов. Например, башня интерпретируется как фаллический символ. 9. Любой эмоциональный симптом, такой как нервозность или тревога, который может интерпретироваться как представление глубоко вытесненного конфликта.... смотреть

СИМВОЛ

    СИМВОЛ. Происходит от греческого слова sýmbolon — связь, сущность в немногих знаках. Обычно под символом мы разумеем картинное изображение с перено... смотреть

СИМВОЛ

СИ´МВОЛ (греч. σύμβολον — знак, примета) — многозначный предметный образ, объединяющий (связующий) собой разные планы воспроизводимой художником дейст... смотреть

СИМВОЛ

образ, являющийся представителем других - обычно весьма многообразных - образов, содержаний и отношений. Понятие символа родственно понятию знака, но их следует различать. Для знака, особенно в системах формально-логических, многозначность - явление негативное: чем однозначнее понимается знак, тем конструктивнее его можно использовать. Символ же чем более многозначен, тем более содержателен. Символ - одна из важнейших категорий искусства, философии и психологии. В психологии общей категория символа подробно разрабатывалась в психоанализе и интеракционизме. Для ортодоксального психоанализа характерна интерпретация символов как бессознательных, преимущественно сексуального происхождения образов, обусловливающих структуру и функционирование процессов психических. Психоаналитики предложили интерпретацию ряда символов, встречающихся в сновидениях. Позднее в психоанализе центр тяжести был перенесен на анализ и интерпретацию символов социального и исторического происхождения. Так, в психологии глубинной было выделено бессознательное коллективное как отражение опыта предыдущих поколений, воплощенное в архетипах - общечеловеческих первообразах. Архетипы недоступны непосредственному наблюдению и раскрываются лишь косвенно - через их проекцию на внешние объекты, что проявляется в общечеловеческой символике - мифах, верованиях, сновидениях, произведениях искусства. Была предложена интерпретация ряда символов - воплощений архетипов: мать-земля, герой, мудрый старец и пр. С позиций материализма, признается важная роль символов для функционирования психики, но отвергается их индетерминистская, идеалистическая трактовка, предлагаемая, в частности, в психоанализе и интеракционизме. Не игнорируя факты, изучаемые этими направлениями, отечественная психология не принимала их интерпретации символов как явлений, оторванных от структуры реальных социально-экономических отношений, существующих в обществе. Подлинный анализ системы символов возможен лишь тогда, когда показано их происхождение из системы социальной, а в конечном счете - через ряд опосредующих звеньев - из системы материальной, производственной деятельности. ... смотреть

СИМВОЛ

1. В последовательном переводе: (1) экономное и наглядное обозначение группы объединенных по признакам понятий. Символ отвечает своему назначению, есл... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (від грецьк. σύμβολου - знак, прикмета, ознака) - форма виразу і передачі духовного змісту культури через певні матеріальні предмети чи спеціально створювані образи та дії, що виступають як знаки цього змісту. В семіотиці С. іноді розглядають як різновид багатозначного (іноді безконечнозначного) знака. Образний С. втілює також алегорію свого змісту. На ранньому ступені розвитку людського мислення С. виникав стихійно як вияв прагнення людини до пізнання дійсності (напр. , колесо - С. сонця, молот - С. блискавки). С. як засіб узагальнення використовують у мистецтві, літературі, науці. На відміну від ірраціонально-спекулятивних та містичних поглядів на С. як сакральний феномен чи результат свавільної гри свідомості, що нібито прагне до умовностей, ріаціоналістичний досвід науки та мистецтва свідчить на користь розглядання С. як специфічного засобу освоєння дійсності в її нетривіальних формах. Взірцем логічно точного С. може слугувати будьяка математична функція, що може бути розкладена в безконечний ряд значень, для яких вона виступає принципом, законом чи методом конструювання Р. озрізняють С. у культурі та науці: С. у культурі - знакова форма предметночуттєвого буття художнього образу, яка містить у згорнутому вигляді багатоманітність ціннісних значень та естетичних смислів. Особливо великого значення С. набули у культурі Середньовіччя, де вони відігравали роль інтелектуальної канви, на основі якої була створена впорядкована система світобудови, здатна охопити безконечні зв'язки і відношення дійсності. Символізм тут виконує роль методу поєднання земного світу людини з горнім світом - світом найдосконалішої реальності і єдності Бога. С. у науці за смислом близький до поняття "знак", але, на відміну від останнього, наділений невичерпною багатозначністю образу, що дозволяє через кожне часткове явище дати цілісне уявлення світу. За своєю природою С. тяжіє до діалогічної форми пізнання, оскільки зміст його може бути розкритий тільки у людському спілкуванні, за межами якого С. вироджується у пусту форму.... смотреть

СИМВОЛ

идейная, образная, знаковая структура, обобщенная форма отражения действительности. Поск. С. многозначен (имеет неск. десятков толкований), он по-разному соотносится с др. категориями. Этимологически С. и знак равнозначны, оба выполняют функцию указания, замещения. Вместе с тем они различаются: знак однозначен в указании на предмет или свойство, а С. имеет неск. значений, множественность смыслов придает ему образность. В пределе С. сливается с образностью, в низших формах проявления — со знаковостью. С. как знак имеет бесконечное кол-во значений, возможностей включения во мн-во контекстов, поэтому возможно мн-во его интерпретаций. К тому же С. имеет «семантическую текучесть». С. — чувственное выражение идеи; его можно соотнести, но не уравнять с образом. Если С. ориентирован на идею (он есть образно представленная идея), то образ ориентирован на чувственное выражение действительности. Двуедина природа С. и мифа: если миф явл. чувственным представлением, не имеющим ничего абстрактного, то С. суть знак и абстрактное обобщенное выражение действительности. С. обладает познавательной функцией и поэтому близок понятию. Но если понятие — это обобщенно-абстрактное представление о вещах и явлениях с минимальной образностью выражения, то С. выражает содержание образно, не сводя его к единому значению. Понятие С. в философии сложилось в Античности. Уже тогда он понимался как «разделение единого и единение двойственности». Платон онтологизирует С., считая, что он отражает мир в процессе становления. Аристотель считает, что С. отражает уже ставший и теперь познаваемый мир. Все последующие филос. направления так или иначе присоединяются к этим толкованиям С. Поск. всякое познание символично, теория С., методология символизации акцентирована в разл. науках, в т.ч. в изучении культуры, религии и соц. действительности. Лит.: Лосев А.Ф. Знак. Символ. Миф. М., 1982; Свасьян К.А. Проблема символа в современной философии. Ереван, 1980; Символ в религии. СПб., 1998; Тэрнер В. Символ и ритуал. М., 1983. Б.В.Емельянов ... смотреть

СИМВОЛ

En.: Symbol Символ - это условное выражение чего-либо. Символический образ может занимать первостепенное место в терапии, если Он обращен к наиболее глубоким слоям «Я», по ту сторону словесного обозначения. 1. Символический образ - не просто отражение психической деятельности, он является носителем, материалом, с помощью которого совершается работа. Эриксон приводит в пример молодую женщину, которая во время гипноза видела себя плавающей под водой. Она видит пустые раковины. Некоторые из них напоминают драгоценные камни, она выбрасывает их на поверхность и т. д. Согласно Эриксону, здесь мы имеем дело с первой психотерапевтической попыткой, позволяющей затронуть эмоциональный материал. Ее сознательная часть пока не знает, что процесс выздоровления начался. Языки пламени, обычные камни, драгоценные камни, раковины - все это средства, чтобы выразить процесс изменения. Процесс созревания можно описать на тысячу ладов, используя язык каждого пациента... В процессе терапии мы можем усиливать значение этого опыта, разговаривая с пациентом, даже если точно не знаем, на что обращены его мысли (Erickson &amp; Rossi, 1979). Эта интерпретация близка к концепции Юнга (1956), для которого символ является наилучшим выразителем чего-то, что находится еще только на пути к осознанию (Erickson &amp; Rossi, 1979). 2. Терапевт и сам пользуется символическим языком или словами, имеющими символический резонанс. Во время сеанса гипноза, говоря с пациенткой (арфисткой), у которой он предполагал сексуальную проблематику, Эриксон использует в своей речи символические сексуальные созвучия. Бессознательное пациентки может использовать этот материал для совершения психологической работы или отвергнуть его (Erickson &amp; Rossi, 1979). 3. Гипнотический способ функционирования активизирует психические структуры, которые принято связывать с правым полушарием (см.: полушария). «В трансе мои пациенты понимают значение снов, символов и других выражений бессознательного» (Rosen, 1982/1986). ... смотреть

СИМВОЛ

En.: Symbol Символ это условное выражение чего-либо. Символический образ может занимать первостепенное место в терапии, если Он обращен к наиболее глубоким слоям «Я», по ту сторону словесного обозначения. 1. Символический образ не просто отражение психической деятельности, он является носителем, материалом, с помощью которого совершается работа. Эриксон приводит в пример молодую женщину, которая во время гипноза видела себя плавающей под водой. Она видит пустые раковины. Некоторые из них напоминают драгоценные камни, она выбрасывает их на поверхность и т. д. Согласно Эриксону, здесь мы имеем дело с первой психотерапевтической попыткой, позволяющей затронуть эмоциональный материал. Ее сознательная часть пока не знает, что процесс выздоровления начался. Языки пламени, обычные камни, драгоценные камни, раковины все это средства, чтобы выразить процесс изменения. Процесс созревания можно описать на тысячу ладов, используя язык каждого пациента... В процессе терапии мы можем усиливать значение этого опыта, разговаривая с пациентом, даже если точно не знаем, на что обращены его мысли (Erickson &amp; Rossi, 1979). Эта интерпретация близка к концепции Юнга (1956), для которого символ является наилучшим выразителем чего-то, что находится еще только на пути к осознанию (Erickson &amp; Rossi, 1979). 2. Терапевт и сам пользуется символическим языком или словами, имеющими символический резонанс. Во время сеанса гипноза, говоря с пациенткой (арфисткой), у которой он предполагал сексуальную проблематику, Эриксон использует в своей речи символические сексуальные созвучия. Бессознательное пациентки может использовать этот материал для совершения психологической работы или отвергнуть его (Erickson &amp; Rossi, 1979). 3. Гипнотический способ функционирования активизирует психические структуры, которые принято связывать с правым полушарием (см.: полушария). «В трансе мои пациенты понимают значение снов, символов и других выражений бессознательного» (Rosen, 1982/1986).... смотреть

СИМВОЛ

(гр. – знак, опознавательная примета) – знак, в свернутом виде несущий в себе определенный смысл и наделенный особым значением. Символами могут быть слова, рисунки, знаки, значки, цифры, куски ткани, звуковые инструменты, движения рук и многое другое. С помощью этих вещей и действий народ кодирует свою историю и культуру, воплощая в них глубокие и емкие смыслы, идеи, законы и принципы закладывая память о событиях, напоминая о возможном будущем. Они лаконично выражают идеальное содержание, отличное от их непосредственных, чувственно-телесных форм бытия. Так, сердце в человеческом организме воплощает весь организм и душу, символом православной веры является Троица как триединство Бога, крест – символ христианства, цветы – символ радости и добра, звезда – символ наступательности и т.д. Российское государство в качестве своих символов имеет герб, флаг, гимн. Имеют свои символы политические организации и детские общественные объединения. Символы влияют на подсознательную, глубинную психику человека, вызывая широкие представления, воспоминания, побуждая к идеям и чувствам, подталкивая к вживанию, проживанию и переживанию того, что за ними кроется. Абсолютное большинство символов связаны с мировоззрением, «вероопределением». Символами люди начали пользоваться с глубокой древности; в древней символике сокрыты забытые истины. Символическим было и первое письмо, а ныне таковой является китайская письменность. К символическим относятся язык жестов глухонемых людей. Изучением символов как знаков общения занимается научная дисциплина семиотика (семиология). В некоторых школах ее уже преподают, изощряя детскую сообразительность, побуждая к исследованию. Обращение к символам побуждает человека превзойти самого себя, указывает на ценность всех вещей в мире как носителей духовных идей.... смотреть

СИМВОЛ

-а, м. 1.Предмет, действие и т. п., служащие условным обозначением какого-л. понятия, идеи.Белый голубь — символ мира. □ Великая русская река! Она — с... смотреть

СИМВОЛ

Символ – устойчивый смысловой образ, который выражает какую-л. идею.Термин С. букв. переводится как "смешанные в кучу". В Древней Греции С. называли ос... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. σύμβολόν «знак, примета», буквально «бросать вместе») – упрощенный рисунок или комбинация аСтрижка волос детей индейцев осэдж и омаха в соотв... смотреть

СИМВОЛ

- (от греч. symbolon - знак, опознавательная примета) - универсальная эстетическая категория, особый художественный образ-знак. В отличие от знака-симв... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon — условный знак) — образ, максимально обобщенно и экспрессивно выражающий идею, суть какого-либо события или явления. Смысл символа ... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. симболон знак) *1. Предмет, действие, служащие условными обозначениями какого-либо образа, значения. 2. То же, что знак. 3. Определенное, социально зафиксированное и передающееся от поколения к поколению содержательное значение вещи, предмета, события (флаг, обручальное кольцо, крест и др.) 4. Любой знак, вызывающий одинаковую социальную реакцию, важное средство социального взаимодействия; 5. В психоанализе и глубинной психологии К.Юнга действия, слова, представления и мечты, в которых проявляется бессознательное. 6. Опознавательный знак у членов определенных общественых групп, тайного общества. 7. Образ, обладающий многозначностью содержания, замещающий ряд представлений* многообразные толкования понятия символ, приведенные в *Социологическом словаре* (см. сноску 1), отражают широту его использования в человеческой практике. В различных науках как правило актуализируют и разворачивают какое-либо одно из определений этого понятия. Лингвист Е.Шелестюк пишет: *В широком семиотическом смысле символ есть такой знак, который предполагает использование своего первичного содержания в качестве формы другого, более абстрактного и общего содержания, причем вторичное значение, которое может выражать понятие, не имеющее особого языкового выражения, объединяется с первичным под общим означающим. Отечественный культуролог Ю.М.Лотман дает определение символа, согласно которому символ связан *с идеей некоторого содержания, которое, в свою очередь, служит планом выражения для другого, как правило, культурно более ценного, содержания .... смотреть

СИМВОЛ

Символ Символ - в переводческой скорописи - условное обозначение или знак, используемые для обозначения группы предметов, явлений. По способу обознач... смотреть

СИМВОЛ

(греч. symbolon – знак, опознавательная примета) – 1. самое общее значение – всё то, что что-либо представляет, означает или на что-то указывает; 2. в теории Ж.Пиаже – внутреннее, личное представление. Знаки в этой теории рассматриваются как произвольные, но одинаково понимаемые всеми людьми, а символы – как продуцируемые отдельным индивидом (символическое мышление пациентов, заметим, использует оба варианта представления символов); 3. действие, событие, устройство или высказывание, которые обозначают некие идеи или принципы; 4. в психоанализе – явление сознания, за которым скрывается некая бессознательная тенденция; например, это навязчивость или физический симптом, которые маскируют неосознаваемые конфликты и являются индивидуальными символами. Универсальные символы характеризуют сновидения, мифологию и фольклор. Их объясняют «единообразованием фундаментальных и вечных интересов человечества» и единообразованием человеческой способности видеть сходство между различными объектами; 5. в строгих науках (логике, математике и др.) – то же, что знак; 6. в искусстве – характеристика художественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения им некоей художественной идеи. В отличие от аллегории смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания.... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. simbolon) отличительный знак; знак, образ, воплощающий какую-либо идею; видимое, реже слышимое образование, которому определенная группа людей придает особый смысл, не связанный с сущностью этого образования. Смысл символа, который не может и не должен быть понятным для людей, не принадлежащих к этой группе, т.е. для тех, кто не посвящен в значение символов (каждый символ является по своему характеру тайным или по крайней мере условным знаком), этот смысл является, как правило, намеком на то, что находится сверх или за чувственно воспринимаемой внешностью образования (напр., крест символ христ. веры; определенные сигналы рога означают начало или конец облавы). Символы с более абстрактным смыслом олицетворяют часто нечто такое, что иным путем, помимо символов, не может быть выражено: так, напр., гром и молния понимаются как символ нуминоза; женщина как символ плодородия земли, тайны жизни и мира (см. София), мужчина как символ решительности. Повседневная жизнь человека наполнена символами, которые напоминают ему что-либо, воздействуют на него, разрешают и запрещают, поражают и покоряют. Все можно считать только символом, за которым скрыто еще нечто другое. Учение о сущности и видах символов называется символикой, или наукой о символах; см. Логистика, Пазиграфия, Шифр.... смотреть

СИМВОЛ

от греч. symbolon – знак, опознавательная примета) – Онтологическую природу этого понятия (наряду с интерпретацией) исследовал А.Ф. Лосев. В коррелятивной онтологии разделяется сама правомерность онтологичского подхода к данным понятиям и принимаются определенные моменты лосевской трактовки С.: его связь с интерпретацией и признание его «семантической текучести», полиинтерпретируемости. Но принципиальное различие состоит в том, что Лосев воспринимает сами вещи как символы абсолюта, в то время как в нашей трактовке С. относится к субъективной реальности (в ее всеобщности). Отличие С. от информационного значения знака, в принципе поддающегося однозначной интерпретации, заключается в том, что он отражает мир сквозь призму выражения субъекта. Отсюда и его неустранимая многозначность, на человеческом уровне отличающая значение символа от значения, содержащегося в понятии. Философское эссе может быть написано на языке символов (экзистенциалов). Онтология как наука требует категориального осмысления. - Сагатовский В.Н. Философия развивающейся гармонии (философские оснвы мировоззрения) в 3-х частях. Ч.2: Онтология. СПб. 1999. С. 36-37, 160-162; его же. Бытие идеального. СПб. 2003. С. 68-69,84-85; его же. Философия антропокосмизма в кратком изложении. СПб. 2004. С. 204-207. ... смотреть

СИМВОЛ

вещь, свидетельствующая о чем-то большем, чем она сама, напр., символы красоты, истины высшего порядка или же чего-то священного. Символы не являются просто теми знаками, которыми люди могут *снабдить* вещи по своему произволу. Вещи, если они символичны, являют особую смысловую соотнесенность с запредельным. Чтобы видеть такую соотнесенность, необходимо раскрыть духовное зрение, связанное с активной жизнью личности в мире смыслов, а не только среди вещей в их непосредственной данности. Символы коренятся в символизируемой реальности, но *истолкование символа есть диалогическая форма знания: смысл символа реально существует только внутри человеческого общения, вне которого можно наблюдать только пустую форму символа. *Диалог*, в котором осуществляется постижение символа, может быть нарушен в результате ложной позиции истолкователя. Такую опасность представляет собой субъективный интуитивизм, со своим *вчувствованием* как бы вламывающийся внутрь символа, позволяющий себе говорить за него и тем самым превращающий диалог в монолог. Противоположная крайность поверхностный рационализм, в погоне за мнимой объективностью и четкостью *окончательного истолкования* устраняющий диалогический момент и тем утрачивающий суть символа* (С.Аверинцев). (См. также: ЗНАК И СИМВОЛ.)... смотреть

СИМВОЛ

(иноск.) — условный знак Символическое (иноск.) — изображенное знакамиСимволизм. Ср. Держава — символ власти. Ср. Кольцо было сделано довольно затейно ... смотреть

СИМВОЛ

греч. - знак, опознавательная примета; соединять, сливаться, связывать). 1. В науке (логике, математике и др.) - то же, что и знак. 2. В искусстве - универсальная категория, соотносимая с категориями художественного образа, с одной стороны, и знака - с другой. Н. Рубцов считает, что символ - это наиболее емкая и значительная, продуктивная и концентрированная форма выражения культурных ценностей и смыслов. Смысловая структура символа многослойна и рассчитана на внутреннюю работу воспринимающего. Символ нельзя разъяснить, сведя к однозначной формулировке, поэтому его истолкование лишено формальной четкости точных наук. Смысл символа реально существует только в определенном контексте внутри ситуации общения, диалога: вникая в символ, мы не просто разбираем и рассматриваем его как объект, но одновременно позволяем его создателю обращаться к нам и становиться партнером нашей духовной работы. Суть символа будет утрачена, если закрыть его бесконечную смысловую перспективу тем или иным окончательным истолкованием. Символ представляет собой наиболее законченную и вместе с тем универсальную форму выражения человеческого бытия (см. крест, мировое древо, круг). ... смотреть

СИМВОЛ

символ См. знак... Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений.- под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари,1999. символ обозначение, изображение, отображение, эмблема, знак, мандала, мандара, мандорла, кредо, примета, буква, чхатра, флаг, знамение Словарь русских синонимов. символ эмблема, знак / собир.: символика; символистика (устар.) Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. — М.: Русский язык.З. Е. Александрова.2011. символ сущ., кол-во синонимов: 25 • ваджра (2) • википе-тан (1) • госсимвол (1) • знак (138) • знамение (6) • иероглиф (7) • кредо (16) • лингам (4) • логоном (1) • мандала (2) • мандара (2) • мандорла (2) • обозначение (15) • пентаграмма (14) • примета (18) • свастика (8) • секс-символ (1) • соембо (3) • спецсимвол (1) • трон (7) • уроборос (2) • фаллос (27) • флаг (19) • чхатра (2) • эмблема (19) Словарь синонимов ASIS.В.Н. Тришин.2013. . Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

-у, ч. 1) Умовне позначення якогось предмета, поняття або явища. •• Корпоративні символи — назва фірми, знаки та торговельні зразки, які є важливою оз... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon - знак, опознавательная примета) - англ. symbol; нем. Symbol. 1. Предмет, действие и т. д., служащие условными обозначениями к.-л. образа, значения. 2. То же, что знак. 3. Определенное, социально зафиксированное и передающееся от поколения к поколению содержательное значение вещи, предмета, события (флаг, обручальное кольцо, крест и др.). 4. Любой знак, вызывающий одинаковую соц. реакцию, важное средство соц. взаимодействия; функции С. выполняют не только вещи, события, но и вербальные выражения и формы поведения. см. ИНТЕРАКЦИОНИЗМ СИМВОЛИЧЕСКИЙ. 5. В психоанализе и в глубинной психологии - действия, слова, представления и мечты, в к-рых проявляется бессознательное. 6. Опознавательный знак у членов определенных общественных групп, тайного общества. 7. Образ, обладающий многозначностью содержания, замещающий ряд представлений. Antinazi.Энциклопедия социологии,2009 Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon) — со времен древних греков условный вещественный опознавательный знак для членов определенной группы людей, тайного общества; вещественный или условный код, обозначающий или напоминающий какое-либо понятие; образ, воплощающий какую-либо идею. Символ может быть и шире смысла изображенного явления, и уже. Благодаря такому подходу символ может трактоваться многозначно, а порой двусмысленно. В отличие от аллегории, символ не иллюстрирует какую-либо идею, а опирается на значимые ситуации и явления в самой действительности. Символ присущ различным направлениям, видам, стилям, жанрам искусства, он позволяет передать одним росчерком пера или кисти очень важную или достаточно объемную по содержанию информацию. В конце XIX — начале XX в. получило развитие особое художественное течение — символизм, где символ выступает способом выражения смысла, выходящего за границы реальной жизни. Источ.: Аполлон. Изобразительное и декоративное искусство. Архитектура: Терминологический словарь. М., 1997; Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1999.... смотреть

СИМВОЛ

Символъ (иноск.) — условный знакъ. Символическое (иноск.) изображенное знаками.Символизмъ. Ср. Держава — символъ власти. Ср. Кольцо было сдѣлано довол... смотреть

СИМВОЛ

Греческое – «символ, знак, примета».Русское слово «символ» известно с начала XVIII в. Заимствовано непосредственно из греческого.Первоначально слово им... смотреть

СИМВОЛ

вчт, матем., физ. си́мвол, -лу - абстрактный символ - вспомогательный символ - глобальный символ - графический символ - кристаллографическиесимволы - ленточный символ - математический символ - мигающий символ - мнемонический символ - направляющий символ - начальный символ - недопустимый символ - несущественный символ - поисковый символ - произвольный символ - псевдографический символ - пустой символ - символ восстановления - символ ожидания - символ оповещения - символ отрицания - символ подтверждения - символ пользователя - символ пробела - символ размещения - символ расширения - символ-наследователь - символ языка - стандартный символ - субъективный символ - управляющий символ Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

образ или объект, представляющий абстрактную вещь. Статуя Свободы — это символ. Понятие символа — частный случай понятия знака: знак может быть абстрактным (простая черта, крест, след) и не обязательно обладает символическим значением. Символическое выражение, как правило, противоположно рациональному выражению, излагающему идею прямо, не прибегая к чувственным образам. По всей видимости, по природе своей человеческая мысль — это, прежде всего, мысль символическая, в той мере, в какой ее естественное стремление состоит в том, чтобы, как говорил Декарт, «в образной форме выражать абстрактные вещи и выражать абстрактно вещи конкретные». Если быть абсолютно точным, то чувство не может быть выражено рационально (с помощью понятийного дискурса); непосредственно оно может быть выражено лишь с помощью символов и мифов (таково, например, религиозное чувство). См. «Философия символических форм» Кассирера. ... смотреть

СИМВОЛ

образ или объект, представляющий абстрактную вещь. Статуя Свободы — это символ. Понятие символа — частный случай понятия знака: знак может быть абстрактным (простая черта, крест, след) и не обязательно обладает символическим значением. Символическое выражение, как правило, противоположно рациональному выражению, излагающему идею прямо, не прибегая к чувственным образам. По всей видимости, по природе своей человеческая мысль — это, прежде всего, мысль символическая, в той мере, в какой ее естественное стремление состоит в том, чтобы, как говорил Декарт, «в образной форме выражать абстрактные вещи и выражать абстрактно вещи конкретные». Если быть абсолютно точным, то чувство не может быть выражено рационально (с помощью понятийного дискурса); непосредственно оно может быть выражено лишь с помощью символов и мифов (таково, например, религиозное чувство). См. «Философия символических форм» Кассирера.... смотреть

СИМВОЛ

- (от греч. symbolon - знак , опознавательная примета) - англ. symbol; нем. Symbol. 1. Предмет , действие и т. д., служащие условными обозначениями к.-л. образа , значения. 2. То же, что знак. 3. Определенное, социально зафиксированное и передающееся от поколения к поколению содержательное значение вещи, предмета, события (флаг, обручальное кольцо, крест и др.). 4. Любой знак, вызывающий одинаковую соц. реакцию, важное средство соц. взаимодействия; функции С. выполняют не только вещи, события, но и вербальные выражения и формы поведения. См. ИНТЕРАКЦИОНИЗМ СИМВОЛИЧЕСКИЙ . 5. В психоанализе и в глубинной психологии - действия, слова, представления и мечты, в к-рых проявляется бессознательное . 6. Опознавательный знак у членов определенных общественных групп, тайного общества. 7. Образ, обладающий многозначностью содержания, замещающий ряд представлений.... смотреть

СИМВОЛ

образ или объект, представляющий абстрактную вещь. Статуя Свободы – это символ. Понятие символа – частный случай понятия знака: знак может быть абстрактным (простая черта, крест, след) и не обязательно обладает символическим значением. Символическое выражение, как правило, противоположно рациональному выражению, излагающему идею прямо, не прибегая к чувственным образам. По всей видимости, по природе своей человеческая мысль – это, прежде всего, мысль символическая, в той мере, в какой ее естественное стремление состоит в том, чтобы, как говорил Декарт, «в образной форме выражать абстрактные вещи и выражать абстрактно вещи конкретные». Если быть абсолютно точным, то чувство не может быть выражено рационально (с помощью понятийного дискурса); непосредственно оно может быть выражено лишьс помощью символов и мифов (таково, например, религиозное чувство).... смотреть

СИМВОЛ

мSymbol n, Sinnbild n; Wahrzeichen n (здание или сооружение, являющееся символом города)•• Символ веры рел. — Glaubensbekenntnis n (-ss-); Kredo n, pl ... смотреть

СИМВОЛ

-у, ч. 1》 Умовне позначення якогось предмета, поняття або явища.Корпоративні символи — назва фірми, знаки та торговельні зразки, які є важливою ознако... смотреть

СИМВОЛ

"...Символ: знак, получающий по соответствующему соглашению дополнительные ассоциативные связи с замещаемым объектом (сущим) и приобретающий в результа... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (символ устар.), символа, м. (греч. symbolon - знак, первонач. условный опознавательный знак для членов какой-н. организации, тайного общества). Предмет или действие, служащее условным знаком чего-н., выражающее, означающее какое-н. понятие, идею. Все грани в природе условны, относительны, подвижны, выражают приближение нашего ума к познанию материи, - но это нисколько не доказывает, чтобы природа, материя сама была символом, условным знаком, т. е. продуктом нашего ума. Ленин. Круг - символ вечности. Пальмовая ветвь - символ мира. || Художественный образ, в к-ром условно выражены идеи и переживания, преимущ. мистические (лит., искус.). а Символ веры - 1) краткое изложение основных догматов религии (церк.); 2) перен. то же, что кредо (книжн. устар.).<br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

си́мвол (від грец. σύμβολον – знак, прикмета, ознака) 1. Умовне позначення будь-якого предмета, поняття або явища. С. бувають речові (напр., червоний галстук у радянських піонерів), образні (напр., в СРСР емблема «Серп і молот» – С. союзу робітничого класу й селянства), графічні (в точних науках – хімії, математиці, фізиці, кібернетиці тощо, напр., N – С. азоту). 2. В ідеалістичній суб’єктивістській філософії до С. звертаються для приховування антинаукової суті вчення про непізнаванність світу (напр., теорія ієрогліфів) або протиставлення раціональному пізнанню (символізм). 3. С. віри – стислий виклад головних догматів якоїсь релігії, що нібито не потребують доведення й мають сприйматися на віру. 4. Переносно – основи віровчення (кредо).... смотреть

СИМВОЛ

1) digit2) figure3) letter4) sign5) symbol– обязательный символ– пустой символ– символ в сообщении– символ двоичный– символ на клавише– символ рваный– ... смотреть

СИМВОЛ

象征 xiàngzhēng; 标志 biāozhì; 符号 fúhàoголубь - символ мира - 鸽 子是和平的象征символ дружбы - 友谊的 象征символы химических элементов - 化学元 素符号- символ верыСинонимы: ... смотреть

СИМВОЛ

символ [гр. symbolon] - 1) у древних греков - условный вещественный опознавательный знак для членов определенной общественной группы, тайного общества и т. п.; 2) предмет, действие и т. п., служащие условными обозначениями какого-л, образа, понятия, идеи; 3) художественный образ, воплощающий какую-л. идею; 4) условное обозначение какой-л. величины, принятое той или иной наукой; химический с. - сокращенное обозначение латинского названия хим. элемента, напр. na - с. элемента натрия (лат. natrium); 5) с. в е р ы - краткое изложение основных положений вероучения, основных догматов христианства; 6) фил. теория символов - то же, что теория иероглифов (см. иероглифы 3). <br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ, -а, м. 1. То, что служит условным знаком какого-н. понятия,явления, идеи. Голубь - с. мира. Якорь - с. надежды. Этот подарок - с.верности. 2. Принятое в науке условное обозначение какой-н. единицы,величины. * Символ веры - 1) краткое изложение основных догматовхристианства в православии, кратко сформулированных в тексте, начинающемсясловами "Верую во Единого Бога Отца, Вседержителя..."; 2) то же, что кредо.Символы государства - государственный герб, флаг, гимн. II прил.символический, -ая, -ое и символьный, -ая, -ое (ко 2 знач.;спец.).Символическое изображение. Символьная информация.... смотреть

СИМВОЛ

1) Орфографическая запись слова: символ2) Ударение в слове: с`имвол3) Деление слова на слоги (перенос слова): символ4) Фонетическая транскрипция слова ... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ, -а, м. 1. То, что служит условным знаком какого-нибудь понятия, явления, идеи. Голубь — символ мира. Якорь — символ надежды. Этот подарок — символ верности. 2. Принятое в науке условное обозначение какой-нибудь единицы, величины. Символ веры — 1) краткое изложение основных догматов христианства в православии, кратко сформулированных в тексте, начинающемся словами “Верую во Единого Бога Отца, Вседержителя...”; 2) то же, что кредо. Символы государства — государственный герб, флаг, гимн. || прилагательное символический, -ая, -ое и символьный, -ая, -ое (ко 2 значение;спец.). Символическое изображение. Символьная информация.... смотреть

СИМВОЛ

символ, с′имвол, -а, м.1. То, что служит условным знаком какого-н. понятия, явления, идеи. Голубь с. мира. Якорь с. надежды. Этот подарок с. верности.2... смотреть

СИМВОЛ

SYMBOL) Символы — это любые жесты, артефакты, знаки или понятия, означающие или выражающие что-либо. Изучение символов имеет важное значение, поскольку они имеют публичный характер, передают общие эмоции, информацию или ощущения и потому могут выполнять определенные функции в отношении социальной сплоченности. Однако символы могут быть и дисфункциональными (см.: Дисфункция), отражая существование социальных конфликтов. Подобно понятию «ритуал» понятие «символ» часто определяется настолько широко, что охватывает всю человеческую культуру. См. также: Дюркгейм; Семиотика; Символический интеракционизм. ... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon) — условный знак какого-нибудь понятия, какой-либо величины, принятых в той или иной науке; убеждение, взгляды, образ, воплощающий какую-либо идею; видимое, реже слышимое образование, которому придается особый смысл, понятный иногда только посвященным. Начала современного естествознания. Тезаурус. — Ростов-на-Дону.В.Н. Савченко, В.П. Смагин.2006. Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon знак, опознавательная примета) материальный чувственно-воспринимаемый предмет (явление, действие), который выступает как представитель другого предмета, свойства или отношения . Религиозная символика — первая форма символа. Почитаемые у греков и римлян божества земледелия, скотоводства, дома и государства получили устойчивые формы поклонения (см. статью «Культ»), в которых сопутствующие культовым обрядам предметы выступали их приметой, символом. Например, символ божественной власти Зевса — перун (молнии, которыми он испепелял своих врагов).... смотреть

СИМВОЛ

(от греч. symbolon — условный знак) — образ, являющийся представителем других (как правило, весьма многообразных) образов, содержаний, отношений. С. родствен понятию «знак», однако их следует различать. Для знака (особенно в формально-логических системах) многозначность — явление негативное: чем однозначнее расшифровывается знак, тем конструктивнее он может быть использован. С., напротив, чем более многозначен, тем более содержателен. С. — одна из важнейших категорий искусства, философии и психологии (см. архетип, аналитическая психология, психоанализ).... смотреть

СИМВОЛ

символ סֵמֶל ז' [ר' סמָלִים, סִמלֵי-], אַייקוֹן ז'* * *אותאמונהטוטףמופתסימןסמלעקרונות דתציון מזלשלטתגСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иер... смотреть

СИМВОЛ

(греч. symbolon — условный знак, опозна-вательная примета) — вещественный знак, предмет, изображение, условно выражающее суть какоголибо явления. Всякий символ есть образ, а художественное творчество символично по своей сути. Символы субъ-ективны, они возникают в соответствии с художественными традициями или вводятся художниками. Поэтому они часто остаются непонятными людям, воспитанным в другой культуре. Символическое художественное мышление по-разному проявляет себя в различных культурных эпохах, художественных стилях, видах и жанрах искусства.... смотреть

СИМВОЛ

м. simbolo m - абсолютный символ- алгебраический символ- символ входа- информационный символ- исходный символ- кодовый символ- контрольный символ- лог... смотреть

СИМВОЛ

(с греч. – собрание) условный знак, выражающий целое понятие. Символ веры есть в кратких, но точных словах изложенное учение о том, во что долж... смотреть

СИМВОЛ

мsimge, sembol (-lü)стать си́мволом побе́ды — zaferin simgesi haline gelmekСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, лого... смотреть

СИМВОЛ

Заимств. в начале XVIII в. из греч. яз., где symbolon «знак, примета» — от symballein «встречаться». Символ исходно — «знак, метка» (удостоверяющие лич... смотреть

СИМВОЛ

символ м Symbol n 1a, Sinnbild n 1b; Wahrzeichen n 1d (здание или сооружение, являющееся символом города) а Символ веры рел. Glaubensbekenntnis n 1a (-ss-); Kredo n 1, pl -s (тж. перен.)<br><b>Синонимы</b>: <div class="tags_list"> ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема </div><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

м.symbole mголубь - символ мира — colombe f symbole de la paixСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала,... смотреть

СИМВОЛ

• эмблема jelkép• szimbólum * * *мjelkép, szimbólumСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, м... смотреть

СИМВОЛ

(2 м); мн. си/мволы, Р. си/мволовСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначен... смотреть

СИМВОЛ

(др.-греч. σιμβολον знак, примета). Вещественный, графический или звуковой знак, служащий условным обозначением какого-л. понятия.Синонимы: ваджра, ви... смотреть

СИМВОЛ

m.symbol; символ частного, quotient-symbol; символ Кронекера, Kronecker deltaСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, ло... смотреть

СИМВОЛ

(symbol) 1. Знак, в котором связь между ним и значением является в большей мере условной, чем естественной. 2. Косвенное изображение основного значения, совокупности симптомов и т.д., как, например, в религиозной символике и ритуале или психоанализе (см. также Метонимия; Леви-Стросс). Помимо крайне важной роли языка в социальной жизни, символическая коммуникация имеет множество проявлений (см. Семиология; Язык тела).... смотреть

СИМВОЛ

си́мвол, си́мволы, си́мвола, си́мволов, си́мволу, си́мволам, си́мвол, си́мволы, си́мволом, си́мволами, си́мволе, си́мволах (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») . Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

(от греческого symbolon - знак, опознавательная примета), 1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак. 2) В искусстве характеристика художе... смотреть

СИМВОЛ

ВЕРЫ - краткое догматическое изложение основы христианского вероучения. Составлен Первым Вселенским собором (г. Никея, Малая Азия) в 325 году; в 381 году расширен и дополнен Вторым Вселенским собором (Константинополь). По названиям мест, где проходили соборы, получил название Никео-Константинопольского или Никео-Царьградского символа. Символ веры входит в состав многих богослужений.... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч . symbolon - знак, опознавательная примета), 1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак.2) В искусстве характеристика художественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения им некой художественной идеи. В отличие от аллегории смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания (ср. Аллегория).<br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греч. symbolon - знак - опознавательная примета),1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак.2) В искусстве характеристика художественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения им некой художественной идеи. В отличие от аллегории смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания (ср. Аллегория).<br>... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ м. греч. сокращенье, перечень, полная картина, сущность в немногих словах или знаках. Символ веры, исповеданье всей сущности или основ ее, в перечне. | Изображенье картинное, и вообще чертами, резами, знаками, с переносным, символическнм, иносказательным значеньем. Держава символ власти. Весы символ правосудия. Кулак символ самовластия. Треугольник символ св. Троицы. <br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

СИМВОЛ (от греческого symbolon - знак, опознавательная примета), 1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак. 2) В искусстве характеристика художественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения им некой художественной идеи. В отличие от аллегории, смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания. <br>... смотреть

СИМВОЛ

- (от греч. symbolon - знак - опознавательная примета),1) в науке(логике, математике и др.) то же, что знак.2) В искусстве характеристикахудожественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения имнекой художественной идеи. В отличие от аллегории смысл символа неотделимот его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностьюсвоего содержания (ср. Аллегория).... смотреть

СИМВОЛ

symbol• В символах мы можем это записать как... - We can write this symbolically as... Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо,... смотреть

СИМВОЛ

{symb'å:l}1. symbol matematiska symboler--математические знаки{symb'å:l}2. symbol hon framstod som en symbol för ungdomsrevolten--она казалась символом... смотреть

СИМВОЛ

корень - СИМВОЛ; нулевое окончание;Основа слова: СИМВОЛВычисленный способ образования слова: Бессуфиксальный или другой∩ - СИМВОЛ; ⏰Слово Символ содерж... смотреть

СИМВОЛ

м.(напр. физической величины) symbol- символ атома- символ Вигнера- символ группы- символ Кристоффеля- символ Кронекера- символ Леви - Чивиты- спектрос... смотреть

СИМВОЛ

bannermerke, emblem, sinnbilde, sinnbillede, symbol, vartegnСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, м... смотреть

СИМВОЛ

м.Zeichen n, Symbol nСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентагра... смотреть

СИМВОЛ

м.symbol, symbolic construct, emblem, token; ideograph, ideogram- всеобщий символ- значимый символ- индивидуальный символ- отдельный символ- символ пол... смотреть

СИМВОЛ

см. выражать символом Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаг... смотреть

СИМВОЛ

м.símbolo m••символ веры рел. — símbolo de la fe (de los Apóstoles), profesión de fe

СИМВОЛ

мsímbolo mСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примет... смотреть

СИМВОЛ

си́мволСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, ... смотреть

СИМВОЛ

символ; ч. (гр., знак, прикмета, ознака) 1. Умовне позначення якогось предмета, поняття або явища; розпізнавчий знак. 2. Художній образ, який умовно відбиває яку-небудь думку, ідею, почуття і т. ін. 3. мат., фіз. Умовне позначення якої-небудь величини, поняття і т: ін. 4. перен. Основи віровчення (кредо).... смотреть

СИМВОЛ

с'имвол, -аСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, приме... смотреть

СИМВОЛ

тип посредника в коммуникации, структура которого "напоминает" структуру того, что выражается с помощью символа. С, обладает свойствами знака, но его условность ограничена содержательным подобием. Удобства, связанные с "наглядностью" содержательности С., используются в организации мыслительных процессов. ... смотреть

СИМВОЛ

Символ (Symbol) В издательском деле условное обозначение величины, понятия, названия химического элемента в тексте издания и в формулах. Кроме того, с... смотреть

СИМВОЛ

любой знак, пробел и т.п.. Краткий толковый словарь по полиграфии.2010. Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

символWahrzeichenСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма,... смотреть

СИМВОЛ

символEmblemСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, прим... смотреть

СИМВОЛ

символSymbolСинонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, прим... смотреть

СИМВОЛ

м. simbolo Итальяно-русский словарь.2003. Синонимы: ваджра, википе-тан, знак, знамение, иероглиф, кредо, лингам, логоном, мандала, мандара, мандорла, обозначение, пентаграмма, примета, свастика, секс-символ, спецсимвол, трон, фаллос, флаг, чхатра, эмблема... смотреть

СИМВОЛ

символ м. 1) То, что служит условным обозначением какого-л. понятия, идеи. 2) Художественный образ, условно передающий какую-л. мысль, идею, переживание. 3) Условное обозначение какой-л. величины, какого-л. понятия, принятое той или иной наукой.<br><br><br>... смотреть

СИМВОЛ

(< гр. symbolon - знак) - условное обозначение в виде буквы или знака. В полиграфии для часто употребляемых Символ изготовляли специальные литеры. Сего... смотреть

СИМВОЛ

греч. "sumbolon", "приводящий к единству", "смыкающий") - указание на духовную инстанцию, данное через телесную (визуальную, звуковую и т.д.) фигуру, предмет, вибрацию; обнаружение "сакрального" в вещи, "смыкание с сакральным", его "ознаменование". ... смотреть

СИМВОЛ

м. symbole m голубь - символ мира — colombe f symbole de la paix

СИМВОЛ

Основу масонской символики составляют инструменты мастера-строителя: молоток, циркуль, угольник, линейка. Современная масонская символика фактически ограничивается этими элементами. В прошлом она была гораздо более богатой и изощренной.... смотреть

СИМВОЛ

Rzeczownik символ m symbol m

СИМВОЛ

символ си́мволрод. п. -а, стар. симво́л "сокращение, сокр. изложение; вещественное изображение ч.-л. отвлеченного", сербск.-цслав. симъволъ σύμβολον. И... смотреть

СИМВОЛ

(в нотной записи) accolade, caret, character, note, semantically-based representation, representation, (в UNIX) shell, symbol, token, (определённого типа) type вчт., denotation, letter... смотреть

СИМВОЛ

1) timsal произн. тимсаль2) (буква, цифра, знак препинания) işaret

СИМВОЛ

знак, образ, взятый в своем значении. Различают символы как знаки языка науки и символы как образы, имеющие множество (бесконечное множество) смыслов или значений. ... смотреть

СИМВОЛ

особый знак, представляющий собой чувственную или духовную реальность, которая  понимается не таковой, как она существует, а в более широком и общем смысле. ... смотреть

СИМВОЛ

Ударение в слове: с`имволУдарение падает на букву: иБезударные гласные в слове: с`имвол

СИМВОЛ

symbol). Использование определенных знаков (предметов) для обозначения других, как, например, использование флага, символизирующего нацию, государство. ... смотреть

СИМВОЛ

кого-чего сущ. муж. родасимвол -у

СИМВОЛ

символ обозначение, изображение, отображение, эмблема, знак, мандала, мандара, мандорла, кредо, примета, буква, чхатра, флаг, знамение

СИМВОЛ

род. п. -а, стар. символ "сокращение, сокр. изложение; вещественное изображение ч.-л. отвлеченного", сербск.-цслав. симъволъ . Из греч. "знак".

СИМВОЛ

mtunnus, symboliks символический

СИМВОЛ

си́мвол ві́ри. Переконання, світогляд, погляди. Народ не може не хотіти миру, бо мир є основою його політичного символу віри (З газети).

СИМВОЛ

символ; символъясӧн петкӧдлӧм — символизация;символа (прил.) серпас — символическое изображение;гулю мирлӧн символ — голубьсимвол мира

СИМВОЛ

ІСТ. розпізнавчий знак; (добробуту) ознака, прикмета; (віри) догмати; МАТ. умовний знак ; мн. СИМВОЛИ, символіка; п! ЗНАК, ЕМБЛЕМА.

СИМВОЛ

м. символ (бир абстракттык түшүнүктү, ойду билдирүүчү нерсе; аракет же образ); голубь символ мира көгүчкөн тынчтыктын символу.

СИМВОЛ

си'мвол, си'мволы, си'мвола, си'мволов, си'мволу, си'мволам, си'мвол, си'мволы, си'мволом, си'мволами, си'мволе, си'мволах

СИМВОЛ

(напр. для обозначения химического элемента) Symbol

СИМВОЛ

1. märk2. sümbol3. tähis

СИМВОЛ

Заимствование из греческого, где существительное symbolon ("знак") образовано от глагола syraballein – "соединять".

СИМВОЛ

знак, в котором связь между ним и значением является в большей степени условной, чем естественной [26. – С. 237].

СИМВОЛ

علامت ، نشانه ، سمبل

СИМВОЛ

Anzeichen, Buchstabe, Charakter, Formelzeichen, Marke, Symbol, Zeichen, Vorzeichen

СИМВОЛ

мSymbol (n) Zeichen (n)

СИМВОЛ

обобщенное, закодированное обозначение понятий, действия или предмета, синтетически выражающего его смысл.

СИМВОЛ

обобщенное, закодированное обозначение понятия, действия или предмета, синтетически выражающее его смысл.

СИМВОЛ

(symbol) – условный знак, обозначающий иной смысл, образ предмета, который имеет несколько значений.

СИМВОЛ

Си́мволalama (-), beramu (-), ishara (-), ukumbusho (ma-; kumbusho)

СИМВОЛ

предмет, изображение, явление, служащие условным обозначением какого либо образа, понятия, идеи.

СИМВОЛ

означає яку-небудь ідею, істину, явище, чи є ними, однак сам по собі не є тим, що представляє.

СИМВОЛ

Начальная форма - Символ, винительный падеж, единственное число, мужской род, неодушевленное

СИМВОЛ

символ; достуктун символу символ дружбы; көгүчкөн тынчтыктын символу голубь символ мира.

СИМВОЛ

• logo• symbol• znak• značka

СИМВОЛ

Лом Мило Мио Мис Лов Олим Сило Сим Слив Лис Сом Иол Иов Вол Вмс Вис Сми Слом Символ

СИМВОЛ

символ изаци я - изображение, обозначение чего-л. при помощи символов.

СИМВОЛ

Символ- symbolum; signum; imago; monumentum; character, -eris m;

СИМВОЛ

М simvol, rəmz, işarə, əlamət; голубь-символ мира göyərçin sülh simvoludur.

СИМВОЛ

emblem, token, reference number, sign

СИМВОЛ

м символ белый голубь символ мира ақ көгершін бейбітшілік символы

СИМВОЛ

символм τό σύμβολο{ν}· ◊ ~ веры τό σύμβολον πίστεως, τό πιστεύω.

СИМВОЛ

державні символи України — государственные символы Украины

СИМВОЛ

1) тимсаль 2) (буква, цифра, знак препинания) ишарет

СИМВОЛ

1) character, CHR, char 2) letter 3) sign 4) symbol

СИМВОЛ

(напр. для обозначения химического элемента) Symbol

СИМВОЛ

character, cipher, digit, figure, letter, symbol

СИМВОЛ

символ м.symbol

СИМВОЛ

ім emblem; symbol • державні ~и state symbols

СИМВОЛ

symbole; caractère

СИМВОЛ

Sinnbild, Symbol

СИМВОЛ

{N} խորհրդանիշ խորհրդանշան նշանակ սիմվոլ

СИМВОЛ

{си́мвол} -лу, м. (на) -лі, мн. -лие, -ліў.

СИМВОЛ

сімвал, -ла- символ информационный

СИМВОЛ

м. symbol

СИМВОЛ

символ = м. symbol.

СИМВОЛ

си́мвол іменник чоловічого роду

СИМВОЛ

(в кодировании) carácter, tipo

СИМВОЛ

символ с`имвол, -а

СИМВОЛ

-у m symbol; znak symboliczny

СИМВОЛ

Бэлэгдэл, тэмдэг

СИМВОЛ

символ рамз, аломат, нишона

СИМВОЛ

символ см. знак

СИМВОЛ

рәміз, нышан; бейне, белгі

СИМВОЛ

рус. см. тимсаль, ишарет

СИМВОЛ

sign, symbol, token, type

СИМВОЛ

рәміз, нышан белгі, бейне

СИМВОЛ

вчт; матем.; физ. символ

СИМВОЛ

м. Symbol n, Sinnbild n.

СИМВОЛ

character, sign, symbol

СИМВОЛ

simbool • eo: simbolo

СИМВОЛ

symbol, emblem, sign

СИМВОЛ

сімвал, муж.

СИМВОЛ

символ м το σύμβολο

СИМВОЛ

символСм. знак...

СИМВОЛ

псих. symbole

СИМВОЛ

sembol, simge

СИМВОЛ

сімвал, -ла

СИМВОЛ

character

СИМВОЛ

m symbol

СИМВОЛ

სიმბოლო

СИМВОЛ

símbolo

СИМВОЛ

символ.

СИМВОЛ

символ

СИМВОЛ

сымбол

СИМВОЛ

Сімвал

СИМВОЛ

символ

СИМВОЛ

сымбол

СИМВОЛ

символ

СИМВОЛ

символ

СИМВОЛ

рәміз

СИМВОЛ

белгі

T: 85 M: 15 D: 3